Мне было интересно, как они познакомились, почему именно она?
— Это твоя невеста? — прищурился я.
— Ха, забавно, но в начале я даже за ней ухаживал, но… — он осекся. — Короче, сам увидишь.
Он еще больше заинтриговал меня.
А между тем, нас догнал мотоцикл. Гоночный, глянцево-красный. За рулем сидела моя голубоволосая помощница. Она практически лежала на нем, минимизируя сопротивление. Обтянутая в кожу, она помахала мне рукой и, встав на заднее колесо, выехала передо мной.
Я уже говорил, что на ней был обтягивающий кожаный костюм и она ехала передо мной?
Даже лисенок вылез посмотреть.
Увидев Лору, он высунул язык и довольно залаял.
— О, Фокс проснулся! Вижу, ему нравится встречный ветер! — он расставил руки в стороны, отпустив руль. — Ветер свободы!
Ага, знаю я, что ему нравится. Вроде, он же должен быть совсем маленьким? Или он просто рад видеть Лору?
* * *
Кабинет директора КИИМа. Горького А. М.
— Алексей Максимович, разрешите? — дверь приоткрылась и оттуда выглянул робкий Валерьян Валерьевич Старостелецкий.
— А, входите. профессор, конечно, входите! — встал со своего кресла директор. — Присаживайтесь.
Маленький профессор прошел к белым диванам и буквально утонул в них. Его ноги не доставали до пола, и он ими немного поболтал.
Алексей Максимович не спеша спустился по лестнице, прошел к чайному столику и одним прикосновением разогрел чайник.
— Чайку?
— Не откажусь, спасибо, — кивнул профессор.
После того, как перед Старостелецким встала большая круглая кружка с ароматным чаем, Горький сел на табуретку напротив и пристально вгляделся в собеседника.
— Валерьян Валерьевич, что-то случилось? — спокойно спросил директор.
Профессор засуетился и достал из папки графики, показания и заметки.
— Да вот, посмотрите, думаю, это вас заинтересует, — протянул он лист бумаги. — Это краткий отчет о состоянии Дикой Зоны со времен последнего прорыва.
Директор пробежался по строчкам. Его брови то поднимались, то опускались. В какой-то момент, Старостелецкий поймал себя на мысли, что просто наблюдает за жизнью бровей.
— И что в этих данных такого? Зона всегда откатывает, когда проходит прорыв. Необходимо поднакопить силы, вырастить новые метеориты…
На это профессор хмыкнул и выудил еще одну бумажку.
— Вот отчет месячной давности. До того, как началась Универсиада, — сказал он, показывая пальцем.
Валерьян Валерьевич откинулся на спинку дивана и принялся наблюдать за новыми выкрутасами бровей Горького. Но они просто взмыли вверх да так и остались.
