— Это уже интересно, — пробубнил он себе в усы. — Хотите сказать, что сегодня Зона вернулась к показателям месячной давности? Вот так резко?
— Ага, — кивнул он, — Если позволите, я это объясню в сравнении. Мне так проще. Да и своим научным сотрудникам я так же все разжевываю, и на лекциях. А в Москве и в Питере вообще все любят мои сравнения. Всем так проще…
— Валерьян Валерьевич, голубчик, прошу, без лишних слов, мы же столько знакомы! Знаю я все ваши трюки, — улыбнулся Горький.
— Когда человек боится, он непроизвольно напрягается, — профессор сжал кулак.
— А когда источник страха пропадает, то и напряжение спадает.
— Зона боится? — усмехнулся Горький. — Голубчик, вы не выспались?
— Ладно, немного не так объяснил, — махнул он рукой. — Вы же помните основы теории Метеоритов?
— Да.
— Монстры нападают именно на институт, потому что тут большое скопление энергии. И чем ее больше, тем агрессивнее нападения. Если энергии меньше, то и нападения более редкие или твари не такие агрессивные."
"— Ну так Саша Есенин утром уехал в путешествие с Кузнецовым, — пожал плечами Горький.
— Такое вполне возможно.
— Вы правы, но Сергей Александрович все еще здесь, — он начал дальше копаться в бумагах, выудил новый лист и передал директору. — Показатели не врут. Вот данные, когда князя с семьей не было в Широково.
Алексей Максимович пробежался по документу.
— Ага, значит она была и до этого такой активной?
— Именно, что-то другое ее раздражает помимо Есениных, — кивнул Старостелецкий, испытующе глядя на Горького.
— Я догадываюсь, куда вы клоните, профессор, но это же просто смешно? Да, парень сильный, но не в сравнении с Есениными же. Ей богу.
— И на это у меня есть контраргумент, — расплылся в улыбке профессор и протер платком выступивший пот. — Вот.
— И что это за даты?
— Даты, когда Кузнецов отсутствовал в городе, — гордо сказал профессор.
Директор разгладил усы и встал. Его высокий рост создал довольно большую тень, которая накрыла маленького профессора.
— Спасибо, профессор, вы свободны, — сказал Горький и пошел к столу.
Дождавшись, когда Валерьян Валерьевич закроет дверь с той стороны, Горький достал телефон.
— Сережа, прости, что побеспокоил. А не расскажешь, что за миссия у Саши?
— И тебе привет, Леша, — ответил запыхавшийся князь. — Прости, царь заключил рунический договор о неразглашении.
— Эх, ну ладно, — вздохнул директор. — А ты чего запыхался? Не припомню, чтобы на нас напала армия великих архимагов.
