— Кто?
— Я… Я не знаю… Мне приказали… Мне, я… Вот, — он задыхаясь достал удостоверение свободного репортера.
Без лишних разговоров, Кутузов разломал оборудование и спалил все видеозаписи.
— Кто приказал?
— Пришло сообщение на телефон! — он трясущимися руками показал текст.
Простые координаты.
— И ты повелся? — возмутился Кутузов.
— Мне прислали предоплату.
Сергей Михайлович вздохнул и отпустил бедолагу.
Когда они с Алексеем вернулись в отель, на стационарный телефон поступил звонок с ресепшена.
— Сергей Михайлович, к вам гости, — сказал метрдотель.
— Кто?
— Императорская полиция, — невозмутимо ответил он.
— Что ж, пусть поднимаются, — улыбнулся Кутузов, доставая телефон.
Алексей был тут как тут. Он принес генералу стакан кофе.
— Ничего серьезного, просто китайцы опять захотели поиграть в шпионов, только у них не получилось. Как и с Караваном, так и теперь.
— Я не понимаю, — удивился Алексей. — Мне надеть перчатки?
— Да ну ты что, смеешься, — Кутузов включил запись разговора в машине с водителем.
— Эти болваны опять сами себя переиграли.
В дверь постучались.
— Входите! — рявкнул генерал.
* * *
Шумиловский городок.
Утро.
Лора, как всегда, разбудила меня пораньше. Потянувшись, я заметил, что Саша еще спит и не стал его будить, аккуратно встал, нацепил шорты и рубаху.
— Как же тут хорошо! — потянулся я.
То ли Зона рядом так влияет на организм, то ли еда и здоровый сон. Я был как огурчик.
Кицуня лениво зевал и смотрел на меня полуоткрытыми глазками. Наклонившись, я погладил его по мокрому носику.
— Можешь еще поспать, — улыбнулся я и пошел на улицу.
Никто не отменял моей тренировки. Но все же я был не первым. Далеко не первым.
Лев Николаевич уже таскал дрова огромными связками. Софья Андреевна копошилась в огороде, поливая причудливые цветы.
Айседора тоже была тут и отрабатывала удары на стволе толстого дуба неподалеку от дома. Судя по вмятинам и сколотой коре, она это делала давно.
— Мы еще и проспали, — возмутился я. — Лора, в чем дело?
— А что я? — появилась она рядом.
— Зато тело восстановилось! — и в подтверждение своих слов вывела мне графики и статистику. А форма у меня на пике.
Вот и выходило, что только Есенин был сейчас в кровати. Ну и Кицуня.
Но и тут я не угадал. Дверь приоткрылась, и выглянула заспанная мордашка лисенка.
— Всем доброе утро! — поздоровался я.
— О, Миша проснулся! — улыбнулся Лев Николаевич. — А ты чего так рано?
— Зарядка, — разминая руки, сказал я.
— А-а, понимаю.
