Вот маленький предатель. Или ловелас. Еще не успел понять, но, судя о тому, как два его хвостика обвили руку девушки, все же второе.
— Откуда ты достал его? — спросила Дункан, вытирая пот с лица. — Все же он не простое домашнее животное. Это редкое, практически сказочное существо, о котором у нас не знают. Для многих просто интересный зверек, но только единицы поймут, кто он на самом деле.
— И вы продолжаете вести себя так, словно он просто лисенок…
Я вспомнил, как удивлялись остальные. И им было просто любопытно.
— Так откуда?
— Долгая и не очень интересная история, которую я бы не хотел лишний раз вспоминать.
И это чистая правда. Мне совсем не хотелось вспоминать кучу трупов и свой срыв.
У нас оказались и другие зрители. Судя по всему, соседи Льва Николаевича. Но уже не могущественные маги, а самые обычные пенсионеры, которые любят поковыряться в огороде и поболтать на скамеечке под яблоней.
Три пары старичков стояли в сторонке у границы участка и хлопали. Тут уже и Болванчик решил получить свою порцию ласки.
Он оседлал лисенка, и они подбежали к зрителям и начали крутиться вокруг них.
— Вижу, работа идет в штатном режиме! — крикнул с крыльца Есенин в одной длинной рубахе. Кудрявые волосы и голубые глаза делали его настоящим героем сказок про Емелю, никак иначе.
— Спасибо за тренировку, — поблагодарил я, подавая руку Дункан.
— Ладно, ты не такой уж и бесполезный, — хмыкнула она и приняла мою помощь. — Но поглядим, что ты скажешь в Дикой Зоне. Она сильно отличается от той, что у КИИМа.
— Поживем-увидим, — пожал я плечами.
После того, как все утренние процедуры были сделаны, мы расселись на лавочке, не зная, что делать дальше.
В какой-то момент у меня появилась горсть семечек, которую мы поровну разделили и начали щелкать.
— Лев Николаевич мировой мужик, — ни с того ни с сего начал Есенин. — У него куча приютов по княжеству. Муниципальные школы, сады. В основном дает простолюдинам выбиться в люди.
— Я так поняла, он тебя подрядил на небольшую благотворительную поездку? — улыбнулась Дункан.
Она изрядно поубавила свой пыл после нашего утреннего спарринга и, казалось, слегка расслабилась.
— Ага, поеду с Софьей Андреевной в соседнюю деревню, там приют для сирот военных, — пояснил Есенин.
— Обойдешься малой кровью, — усмехнулась Дункан. — Мне надо огурцы подвязывать в теплицах, пока вас не будет, и сорняки…
Оба посмотрела на меня.
— А мне он сказал помочь в кузнице, — развел я руками.
