— Добрый день, — поклонился человек в центре, — Алексей Максимович, Валерьян Валерьевич, Василий Клавдиевич. Думаю, не стоит говорить, зачем мы тут?
— Безусловно, — кивнул директор и попросил спутников оставить его наедине с Первым тайным отделом.
Как только они с агентом вернулись в комнату заключенных, тот продолжил:
— Мы заберем приспешника хаоса и Александра Есенина, чтобы…
— Это вряд ли, — раздался голос у них за спиной.
Все резко обернулись. Никто не почувствовал приближения постороннего, что делало его опасным.
В дверном проеме стоял глава рода Есениных, Сергей Александрович.
— Это мой сын, и я забираю его с собой, — бесцеремонно он пошел к клетке.
— Боюсь. Мы не можем вам этого позволить. Его состояние нестабильно как никогда, и он будет находиться…
Есенин-старший остановился на полпути и повернулся к трем агентам.
— Он будет находиться дома. В родных стенах! Кто как не Есенины знает, что с ним делать в такой ситуации? Вы же просто будете держать его в состоянии сна.
— Таков приказ царя! — и агенты преградили путь.
— Вот как? Мне царь дал тридцать минут, — и сделал пару шагов вперед.
— Тридцать минут… — агент посмотрел на часы.
— У меня есть еще две минуты, — произнес Сергей Александрович. — Я в своем праве.
Агенты переглянулись и, кивнув друг другу, расступились.
Есенин-старший подошел к Горькому и вытянул руку.
— Леша, дай ключи, — спокойно произнес он, однако в помещении повисла напряженная атмосфера.
— Сережа… — вздохнул Горький. — Твой сын сейчас опасен. Мы сможем его вылечить.
Оставь его нам.
— Если не отдашь, я заставлю тебя это сделать, — глядя в глаза Горькому, произнес Есенин. — Не заставляй меня возвращаться в старые времена.
Агенты не понимали, что происходит, но на всякий случай напряглись.
Директор вздохнул, достал из кармана ключи и передал Есенину-старшему.
Тот открыл клетку, повесил на шею сыну какой-то странный амулет и отцепил его от трона. Затем закинул Александр на плечо и пошел к выходу.
— Сережа, мы пытаемся тебе помочь, не отказывайся! — сказал ему в спину Горький.
— Это дела моего рода. С этого момента забота об Александре Есенине лежит строго на моих плечах! Это официальное заявление! — после чего он вышел из помещения.
Агенты подошли к клетке с Захаром. Горький вручил им ключи и подождал, пока они достанут субстанцию с Захаром внутри. Он проводил их до выхода, где стояли несколько военных машин без опознавательных знаков. Они загрузили туда тело и уехали в неизвестном направлении.
