Я выбираю быть твоей

Надо посмотреть, что это за цербер такой. И на чьей страже? Неужели на моей? Поворачиваю тяжёлую голову, разлепляю сонные глаза и смотрю на входящую в комнату девушку. Довольно высокая, в строгой белой рубашке и тёмно-синей длинной юбке с высокой талией. Тёмно-русые волосы собраны в строгую высокую причёску. На мне останавливается взгляд светло-карих глаз.

— Доброе утро, сьера Соломия. Меня зовут Жозелин, адамир Шаера назначил меня вашей компаньонкой.

— Доброе утро, — осторожно киваю ей, невольно морщась.

Девушка замечает мои гримасу, но слава небесам, кажется, не принимает на свой счёт, а подходит ближе и берёт с прикроватного столика стакан с какой-то жидкостью, с виду похожей на грейпфрутовый сок, и протягивает его мне.

— Выпейте, вам станет легче.

— А почему мне плохо? — интересуюсь, подозревая, что эта вся такая с виду компетентная особа ответ должна знать.

— Ваш мозг так реагирует на обучение, — как ни в чём не бывало объясняет… компаньонка.

— Какое ещё обучение? — ошарашенно переспрашиваю я.

— Адамир позаботился, чтобы вы понимали местный язык. Процесс уже почти завершён.

Тут-то до меня и доходит, что именно меня царапало в услышанном. Язык, на котором они говорили и на котором я сейчас тоже разговариваю действительно не мой родной. Слова, хоть и понятные, на слух совершенно не знакомы, непривычны. Получается, мне устроили экспресс-обучение. Вот так и пускай в голову незнакомцев. Полиглотом можно стать.

— А адамир это… — вопросительно вскидываю я брови.

— Адамир Рокадо Шаера, хозяин этого замка и правитель дариата Шаера, империи куардов Занагар, — с явными нотками благоговения сообщает мне моя надзирательница и, видя моё вытянувшееся ошарашенное лицо, она поясняет более для меня понятно: — Он привёз вас ночью спящей.

Ох. Просто Рок, кажется, совсем даже не просто. Его земля, значит? Дом? Ну да, дом. Который слегка замок. В раздрае и растерянности провожу руками по лицу, отвожу волосы назад и натыкаюсь большим пальцем левой руки на странную штуковину за ухом, похожую на гладкий круглый пластырь.

— Не трогайте. Это эгит. Носитель информации. Как только язык будет вами усвоен, его можно будет убрать, — тут же объясняет мне наблюдательная Жозелин. Даже шагает ближе, явно намереваясь меня остановить, если понадобится. — Если сделаете это сейчас, могут быть неприятные последствия.

Вот, значит как? Опять последствия. Постфактум.