Я выбираю быть твоей

— Уверена, что вы узнаете об этом сразу же, — ирония теперь чувствуется и в голосе.

И на что это она намекает? Что он сразу ко мне придёт? Или Рок как-то феерично домой возвращается и все об этом сразу узнают? На драконе прилетает? Или сам дракон? Представляю невольно огромного чёрного крылатого ящера, пикирующего на башни средневекового замка каждый раз, когда нужно вернуться домой. И замок такой весь дрожит, стены стонут, рушатся, зато все знают, что хозяин дома.

Серебристо-серое расклешённое пальто я надеваю даже не пытаясь прятать улыбку, всё ещё впечатлённая нафантазированной картинкой.

Жозелин вопросительно приподнимает бровь, но вопросов не задаёт.

— А вы так пойдёте? — окидываю я внимательным взглядом её закрытое тёмно-зелёное платье. Оно даже не шерстяное. — Не замёрзнете?

— Не беспокойтесь. Я оденусь в холле, — улыбается она краешком губ. — Пойдёмте.

За разговором да фантазиями о Роке я и позабыла о своих неприятных ощущениях, но стоит нам выйти за дверь, как меня снова накрывает тревогой.

И чем ближе мы подходим к лестнице, тем сильнее меня трясёт.

— Всё в порядке, сьера? — замечает моё состояние Жозелин.

— Да… — бормочу, невольно хмурясь. Да что же это такое?

Шагая коридором, пытаюсь разобраться в своих ощущениях. Это не похоже на то, что я чувствовала в родном мире перед переходом. Это не ощущается навязанным и чужим, скорее каким-то предчувствием. Моим личным. Если я конечно кукушечкой не двинулась. Но ведь если другие миры реальны, куарды эти с их способностями тоже, то нельзя полностью отбрасывать вероятность, что в этом мире я тоже что-то могу.

Может на меня как-то беременность влияет? Я же чувствовала своего малыша. И энергии эти их тоже немного чувствую, не явно, но всё же. Так может и предчувствия сюда относятся. Как… энергия эмоций. Или мне перепадает от способностей сына? Вот спустимся по этой жутко-высоко-крутой лестнице и я обязательно устрою допрос своей компаньонке, как это всё работает.

Ух, до чего же я не люблю лестницы. Замираю на верхней ступеньке, цепляясь за перила.

— Сьера Соломия? — идущая впереди Жозелин, оборачивается и смотрит на меня с удивлением.

Я уже открываю рот, чтобы сказать, что всё в порядке, но поддавшись порыву произношу совершенно другое.

— Жозелин, это, наверное, глупо, но я немного… боюсь лестниц. С детства. Вы наверное ещё вчера это поняли.

Она чуточку склоняет голову в знак согласия.

— У меня сложилось впечатление, что эта фобия у вас не имеет острой формы, — замечает девушка.