Я выбираю...

— И от чего зависят твои карты? — это были первые слова, которые решился сказать мне отец. Звучали они нервно и от этого, достаточно грубо. Словно он требовал от меня ответов. И я бы дала их ему, если бы сама знала.

— От многого, — уже начинала я отчаянно врать. — Я по работе приехала, мы тут проект новый начинаем. Надо осмотреться для начала, людей найти…

— Ясно, — отрезал он.

— Лиза, а чем ты занимаешься? — не сдавалась мама, в попытках завязать разговор.

Через получаса нелепых и бесплодных вопросов, я засобиралась домой и все выдохнули с облегчением.

Мы с родственниками распрощались, и я даже пообещала, как-нибудь заехать к ним ещё раз, а мама заверила, что они будут ждать меня. Это было такое лицемерие со всех сторон, что меня чуть не вывернуло потом наизнанку на лестничной площадке, когда я поспешно убегала от них. Ни Андрей, ни Даша… ни тем более Ваня, так и не сказали мне ни слова.

Разрыдалась я только в машине, рухнула головой на руль и начала свой вой полный ярости и боли.

И даже стыдно не было за это всё. Сегодня я имела право на все свои эмоции. И если бы я вдруг окончательно сошла с ума, на это у меня тоже было полное право.



Успокаивалась долго и тяжело. Вроде как уже не плакала, а судорожные всхлипы всё равно вырывались из груди. Спасалась лишь тем, что представляла, как сейчас позвоню Державину и наору на него, он ведь всё знал заранее. Мне нужно было выплескнуть на кого-то свой гнев, и он в этот момент казался лучшим кандидатом.

Стук в боковое стекло я услышала не сразу.

Или просто не обратила внимание. Но стук усилился, и мне пришлось оторвать голову от руля, чтобы увидеть его.

Глава 21

Это нервы, я не первый,Кто-то начал, это значит,Глупо злиться, всё простится,И совсем проста игра в себя…(с) Звери

Елена Константиновна только ушла открывать дверь, а я уже знал. И сам ненавидел себя за это знание. Получалось так, будто я ждал её все эти несчастные десять лет.

Из прихожей доносились неясное бормотание и тихий шёпот.

Отдать бы всё на свете, лишь бы не слышать его. Захотелось как в детстве заткнуть уши и притвориться, что раз я не слышу, то ничего нет. Семья сидела за столом и перекидывалась какими-то беззаботными фразами, счастливые, они ещё ничего не знают, их жизнь ещё не треснула подобно моей. А я сидел и ждал своего приговора, когда судьба-злодейка в очередной раз объявит свой вердикт и всё вновь полетит под откос.

Первым почувствовал что-то неладное тесть.