Онлайн-библиотека книг
— На неё? — ничего не поняла я. Но сердце тем не менее пропустило один удар, уже предчувствуя масштаб надвигающейся беды.
Мама кивнула головой и попросила:
— Подожди.
Потом встала и вышла из кухни. Хотелось кинуться за ней и просить… нет, требовать, чтобы она скорее мне объяснила то, что уже начала. Или же наоборот, умолять, чтобы не продолжала.
Ожидание затягивалось, и мне приходилось бороться с тошнотой, которая то и дело подкатывала к горлу. Когда мама вернулась на кухню, я уже была готова разрыдаться, до такого предела были натянуты мои нервы.
Она села на своё место и положила передо мной фотографию. Сначала мне показалось, что на фото была запечатлена я. Только фотография была сделана под старину, словно выцвела, и я подумала, что фотограф сделал неплохую ретушь. А потом до меня стало доходить, что это совсем не я, а какая-то другая женщина, нет, даже девушка, но до безумия похожая на меня. Те же вытянутые губы, большой рот, длинные каштановые волосы, слегка раскосые зелёные глаза… Ощущение было такое, что кто-то взял отдельные элементы меня, хорошенько их перемешал и попытался расставить на место.
В голове было столько вопросов, но не один из них я так и не смогла выдавить из себя. Упрямый мозг уже начинал складывать одно с другим, и зарождающаяся картинка совсем мне не нравилась.
"— Её звали Любой, — начала неуверенно Елена Константиновна, но потом с каждым словом, её голос становился всё более уверенным, а рассказ более смелым. — Они с Игорем встречались по молодости, первые отношения и всё такое. Но потом что-то не сложилось, и они расстались. Это был конец восьмедесятых, Союз практически рухнул, привычная жизнь у многих тоже пошатнулась. Молодёжь мечтала о новой жизни, о новых возможностях. И Любка была такой же… жадной до жизни, до эмоций, до приключений… до мужчин.
