Увидев Спицу, Тавурдинов подошёл к его столу и сел на стул.
— Я тебе, Сергей Трофимович, не помешаю своим присутствием? — спросил он.
— Не помешаешь. Рассказывай, какими ветрами тебя занесло ко мне?
— Ты, наверное, знаешь, что меня привело к тебе? — вопросом на вопрос ответил Тавурдинов.
— Не знаю, но если скажешь, то узнаю.
— Ты помнишь девушку, которую продал мне?
— Эпизод такой помню, но саму девушку припомнить не могу. Так что ты мне о ней хочешь сказать?
— Её у меня средь бела дня прямо из квартиры похитили четверо парней, которые потом её убили.
— Интересная новость, я о ней слышу впервые. Зачем было твою кралю похищать, а потом убивать? — удивился Спица.
— Не знаю, — промолвил Тавурдинов.
— Как же её убили? — спросил Спица.
— Ввели в вену лошадиную дозу наркотика.
— А может, она сама не рассчитала дозу кумара?
— Она не была наркоманкой. Любила вкусно поесть, выпить, выкурить дорогую сигарету, но никогда не кололась. Поэтому я считаю, что её убили, а не она сама себя погубила.
— Что менты по этому факту говорят? — поинтересовался Спица.
— Следователь считает, что в случае с Ксенией, вероятнее всего, состава преступления нет.
— Ясненько! Ты за чем ко мне пришёл?
— Может быть, твои парни её похитили из квартиры, а потом убили?
— Исключено! — твёрдо заявил Спица.
— Почему ты так уверен в своих парнях?
— Потому что я им такого задания не поручал и мне об этом факте никто не докладывал. Даже если бы кто-то из них по своей инициативе вдруг это сделал, то все равно мне стало бы обо всем известно.
Я бы от тебя не стал скрывать свою осведомлённость. — Видя, что его слова не убедили Тавурдинова, он продолжил излагать доводы в пользу своей невиновности: — Мы девку тебе продали. Ты как хотел, так ею и пользовался. Ты пойми меня правильно. Нам её похищать, а потом убивать не было никакого понта. Может, её убили, чтобы ограбить?
— Ничего у неё не похитили, хотя деньги и ценности были при ней.
— Ты не допускаешь, что её мог ликвидировать один из твоих партнёров, которому она могла навредить? — выдвинул новую версию Спица.
— А как она могла ему навредить? — не понял Тавурдинов.
— Я не знаю, а только предполагаю, — пожав плечами, ответил Спица.
Подсказанную Спицей версию Тавурдинов не прорабатывал, но посчитал её достаточно жизненной."
"— Ты, Спица, лапшу на уши вешать можешь любому, но только не мне. Будь человеком, не виляй хвостом и скажи, кого ты подозреваешь?
— Я слышал, ты её подкладывал под многих своих компаньонов.
