Травы еще буду собирать в купальную ночь и голой ходить на рассвете.
— Пожалуй, я тоже люблю природу. А когда у нас там сей праздник? — приподнимаясь на локте, с улыбкой произношу я.
— Через день.
— Хорошие новости.
— Точно. Выключайте уже светильник."
"— Хорошо. А можешь не шевелиться? А то сразу несет этим зловонием.
— Ты сам шевелишься.
— Это делаешь ты.
— Ты только что приподнимался на локте!
— Я светильник выключал.
— Спокойной ночи, — демонстративно отвернувшись от меня, зло цедит Таня и тут же под нами, судя по звуку, лопается пружина…
* * *
Я понимаю, что так нельзя и все чертовски неправильно, но как же приятно оказаться в теплых объятьях и чувствовать его поцелуи на себе.
Еще немножко, говорю сама себя, и сама же пытаюсь отстраниться от Паши, но он не отпускает, а только сильнее прижимает к себе. Еще капельку, еще чуть-чуть, ведь все целуются, и я тоже хочу, нет в этом ничего плохого. Но как только я об этом подумала, он сам отстраняется, потому что начинается дождь. Крупные капли буквально бьют по телу, напоминая о том, что это знак и против этого сама природа.
Казалось бы, на улице тепло, так какого лешего в миг стало так холодно?
— Ну все, накрылся романтик, — смеется Паша, хватая меня крепко за руку.
Я еле-еле поспеваю за ним, но он не отпускает мою руку, а только сильнее подгоняет к дому. Мы забегаем на кухню, и Паша тут же принимается стягивать с себя мокрую футболку. Чувствуя, как на лице разливается румянец, я тут же отворачиваюсь как малолетняя девчонка.
Странно это, учитывая, что видела его не только обнаженным, но и…
— Чего стоишь? Переодевайся. Я же тебе одежду купил. Или ты только белое платье успела рассмотреть?
— Все успела, — хватаю пакет со стула и выбегаю из кухни.
Достаю первое попавшееся платье и натягиваю на немного влажное тело. Подхожу к спящей Маше и понимаю, что так плохо и хорошо одновременно мне еще никогда не было. Чувствую себя чудовищем, потому что так или иначе я должна забрать Машу. Ведь должна.
— И думать об этом забудь! — поднимаю голову на грозный бабушкин голос.
— Сколько должно произойти событий, чтобы ты меня слушалась, противная девчонка?
— Бабушка…
— Цыц, — хватает меня за руку и бьет по рукам. — И думать забудь забирать Машу! Твое место рядом с ним.
— Но он меня не поймет. Как я расскажу ему теперь всю правду?
— Он сам узнает. Не дури. Неужто не поняла еще, что мужик он хороший, горе ты мое? — гладит меня по щекам, вытирая поток непрошенных слез.
