— Дело не в том нагулялся я или нет, а в том, что приоритеты в жизни изменились, — заговорил снова, опуская свое лицо к моему и осторожно проезжаясь колючей щетиной по щеке. Я зажмурилась. — Я хочу быть с тобой, Лиля. Не нужны мне все эти мнимые развлечения. Я сделал ошибку. Но покажи мне того, кто хотя бы раз не ошибается? Хочу как раньше — ночами напролет, днем за руку, кино и озеро. Я соскучился, Цветочек. По тебе. По нам.
Я всхлипнула, не в силах сдержать слез. Он озвучил мои желания. Ноздри щекотал его запах, а я боролась с раздирающим комом во рту.
От Влада пахло моим горьким прошлым, самой сильной любовью и самым болезненным разочарованием. Этот запах — вся моя жизнь, и сейчас я сходила с ума, слыша фальшивые признания. Разрывалась на части. Одна половина жаждала поверить, а другая понимала, что все снова может повториться.
— Влад, ты снова говоришь только о себе. Ты хочешь… А ты спросил, хочу ли я? Мне больше не нужно этого. Я счастлива без тебя.
Шаталов отстранился, и в темных заводях блеснула молния.
Я понимаю, как жалко звучали мои слова, но теперь мое время быть эгоисткой и любить себя.
— Это ложь.
Как всегда самоуверен. И как обычно прав.
— Отвези меня домой. Я устала.
Влад не ответил. Молча выпустил меня, расплатился, а когда мы вышли на улицу, затормозил и бросил:
— Я пиджак забыл, сейчас вернусь!
Я спустилась по ступеням и пошла в направлении парковки, поддевая носком сапога мокрые листья. Внутри все лрожало после его признаний и так отчаянно хотело верить. Запах Влада впитался в легкие, касания колючей щеки все еще обжигало кожу.
И мне этого было так чертовски мало. Я тоже соскучилась по нему. По нам…
Выдохнув, я запрокинула голову, всматриваясь в звезды, когда вдруг почувствовала резкую боль на руке. Меня грубо развернули, и перед глазами из ниоткуда появилось яростное лицо Геннадия Викторовича — моего бывшего начальника. От страха сердце в пятки провалилось. Я очень хорошо помнила, как закончилась наша последняя встреча.
— Лииилечка, вечер добрый!
Глава 26"
"— Не такой уж и добрый, — невежливо ответила я и хотела отойти, но он не позволил.
— Я все думал, с чего вдруг «МэйКолл» так резко поменял мнение и продался «АмбассСелл», — престарелое лицо приблизилось ко мне вплотную, а грубые мужские пальцы больно сжали скулы, — а все оказывается просто. Когда увидел тебя сегодня с Шаталовым, все стало на свои места.
— Отпустите меня немедленно!
Я дернулась в тщетной попытке вырваться и только заработала еще более цепкую хватку.
