— Грешили мы на него, правда, но ведь он оказался настоящим героем, радистку спас. Не понимаю тебя.
— Есть одна неясность у Москалева, — вздохнул Серовол. — Непонятно, как это случилось, что полицай их не заметил.
— Но ведь Шилина подтверждает.
— Шилина говорит, что полицай их видел. Видел и прошел мимо… Чудеса, а мне верить в чудеса не полагается. Не та должность… В общем, надо прояснить Москалева.
— Хорошо, — сказал начштаба, — тогда берите Коломийца, Художника. Парень грамотный, и правая рука у него здоровая, писать есть чем…
Серовол чмокнул губами, с сомнением покачал головой.
— А чем плох Художник? — сказал Бородач. — Пусть введет канцелярию. Он твою абракадабру сразу перехватит. Начштаба, завтра в пять ноль–ноль Художника к начразведки. Все? Все! По коням, товарищи!
«По коням!» на языке Бородача означало ― вопросов больше нет, каждый принимается за свое дело.
В эту ночь у Серовола работы было немного. Не прошло и получаса, как хутор покинули еще два почтаря. Один направился в сторону Кружно, другой ― к Будовлянам.
У каждого был припрятан кусочек тонкой бересты с выцарапанными ножом вопросительным, восклицательным знаками и завитушкой, в одинаковой мере похожей на букву «3» и цифру «3»: «Следите за обстановкой. Сообщать срочно. Третий». Подготовка группы, в задачу которой входило похищение полицая, также не заняла много времени. Эрнст Брюнер, выслушав Серовола, весело поглядел на своего товарища и сказал: «Хорошо. Это будит зделан лютче, как не можно». К полуночи четверо ушли по дороге в лес.
Двое из них были в немецкой форме.
Когда Серовол вернулся в свою хату, его ждал сюрприз. Живший с ним боец–вестовой, открывая дверь, сказал сонным голосом:
— Товарищ капитан, тут бабка что‑то вам поставила. Навар какой‑то из сена. Говорит, для головы пана начальника.
В комнате резко пахло не то ромашкой, не то чебрецом. Зажгли каганец. На скамье стоял обмотанный тряпьем чугунок и деревянное корыто, покрытое чистым холщовым полотенцем. «Чем черт не шутит, ― подумал Серовол, ― во всяком случае, хуже не будет».
Он тщательно вымыл голову в теплом пахучем снадобье бабки Зоей и, чтобы проверить его действие, лег на кровать, сняв только сапоги. Капитан не боялся, что заснет. В эту ночь начальник разведки мог спать. И народная медицина восторжествовала ― капитан заснул сразу же, как только голова коснулась подушки.
7. Загадочные картинки"
"Сероволу казалось, что он закрыл глаза и тут же открыл их. Но в комнате было светло.
