Онлайн-библиотека книг
Потерла руки древняя ведьма и устало головой покачала – говорить ничего не хотелось.
А на следующий день, самым туманным утречком над крайними елками пролетел Доброгост – быстрый вестник богов. Заметив вышедшую из избушки Бабу Ягу, он звонко выкрикнул новость.
– Жди, ягая! Завтра Ивашка твой пожалует!
Сей божественный курьер, мгновенно заприметив жуткий взгляд ведьмы, решил не спускаться вниз, задрал голову и, придерживая рукой шапку, унесся в облака.
Баба Яга всплеснула руками, запричитала, заохала. Все-таки дождалась! Смогла!
Ведьма целеустремленно метнулась в дом, скрипя суставами, принялась красоту наводить, избу веником подмела, гроб свой вечный подальше за печь затолкала, паутины целый ворох по углам и закоулкам накрутила, лик свой закопченный протерла в серебряном зеркале, чихнула на пыльные дорожки пробивающихся в темную светлицу лучей света.
К вечеру решила драгоценным гребнем космы свои расчесать, да не смогла, так и оставила болтаться заплесневелыми веревками.
– Дождалась молодца долгожданного, как красная девка суженного.
Вспомнила о кувалде Перуна и вновь метнулась огромный молот тряпочкой протирать.
– Завтра ты нам понадобишься, молоток сердешный!
Затем прилегла, но до самой зорьки сон не шел, так и не сомкнула век. Баба Яга перебралась на скамью к подоконнику, все глазоньки в окошко высмотрела за длинную ночку, охала, нашептывала что-то речитативом и ворчала, протяжно вздыхая.
Глава 17. Ивашка-дурачок, помощничек
Рано утром 6 сентября 1380 года Баба Яга наконец-то встала на ноги, долго о чем-то думала, затем потянулась со скрипом.
– Хватит думками себя изводить, – промолвила она. – Пора первый шаг сделать, раз на всю погибель решилась.
Ведьма вышла в неожиданно теплое осеннее утро и пробормотала.
– Важно его встретить!
Дала указ лешему, чтобы немедля расчистил путь будущего героя, да присмотрел за округой, дабы волчишка какой али медведюшко случайный нашего влюбленного героя не напугал до полусмерти.
Меж тем с полей и лесов приходили тревожные вести. Земля наполнилась страшными слухами. От тревоги этой воздух дрожал, и смерть, ожидающая большой крови, заражала все и вся необъяснимой нервозностью и затекающей в душу оторопью.
