Яма

– Мой дорогой Мамянь, – сказал Шеф на вокзале (называл Хентеша еще и так, на китайский манер), – я всё подготовил, но, увы, вынужден срочно уехать. Жалко, не увижу, как это произойдет. Обязательно сделайте красивые снимки. Крупный план, разные ракурсы. Хочу кое-кому показать. Отправьте в Париж, вот адрес. Это особняк, который я приобрел в Булонском лесу. Теперь ведь мне часто придется бывать в Париже.

И отбыл в своем салон-вагоне.

Раньше девяти объект появиться был не должен, поэтому полковник сидел у себя в кабинете, работал.

Всех людей Хентеш отпустил, зачем они? Оставил только одного, Кугельхена. Беспокоился за него после сегодняшнего инцидента с Кноблем. Кугельхен парень талантливый, но тоже совсем зеленый, его еще натаскивать и натаскивать. Пусть поднаберется опыта.

Из Главной Конторы поступила телеграмма за подписью генералдиректора: «ШУЛЬЦ БОЛЕН НЕИЗЛЕЧИМО. ПРИМИТЕ МЕРЫ». Значит, договориться с директором конкурирующей компании «Унтергрундбангезельшафт» не удалось. Придется организовать ему что-нибудь скоропостижное.

Сразу, на вдохновении, набросал маленький план. Поручить дело Кугельхену, он в любую щель пролезет.

Ночь, спальня, форточка, инъекция, внезапная остановка сердца. Fall geschlossen[20], или, как говорят у англичан, сase closed.

В три минуты десятого на столе зажглась лампочка. Хентеш когда-то ненавидел электричество, а потом полюбил и всё, что возможно, электрифицировал."

"Мигание лампочки означало, что объект прибыл.

Каким образом японец найдет Четвертый бункер, Шеф не объяснил.

Перерыв на десять минут, сказал себе Хентеш, поднимаясь. Еще четверть часа, пока Кугельхен фотографирует труп, уйдет на составление рапорта. И можно вернуться к работе.

ШарикВ Школе фидаинов ему дали имя Кугельхен, Шарик, потому что он был маленький, подвижный и коротконогий – будто не шел, а катился. Ну и из-за шариков, конечно.

Шарику всё на свете было любопытно – с самого рождения. Мамаша-покойница рассказывала, что он еще младенцем высовывался из колыбельки и с интересом глазел, как она на кровати обслуживает мужчин.

Из-за жадного любопытства ко всему на свете он сызмальства часто попадал во всякие передряги. Однажды сиганул с Радецки-брюке в речку Вену, захотелось ощутить, каково это – лететь по воздуху. Чуть не потонул. В восемь лет располосовал ножиком кошку – не от жестокости, а потому что стало интересно, чем это она урчит в животе.

Много чего было.