Только проблем с Филатовым мне сейчас не хватало!
– Он мне не парень, не выдумывай!
– Ой, ладно, Талеева!
– Я серьёзно. Ну сам поразмысли, где я и где он.
– Да я прикидывал уже. Ты, Талеева, не сердись, но до девушки Фила тебе как до Африки. Ты мышь серая, обыкновенная. Он из львиного прайда. Пацанам не верил, которые твердили, что вы пара, а теперь вижу: зря.
– Ну, спасибо, Зюзев! – хоть Митя и прав, слова больно щиплют за живое.
– А смысл на правду обижаться? – Митя откладывает пельмени и смотрит на меня перекошенной физиономией.
Фил явно не впервой ломает нос, и на Зюзе лишь отточил своё мастерство, впрочем, после последнего замечания, я благодарна Сашке. – Что ты, что я – одного поля ягоды.
– Однако, ты и сам ночами о Бельской мечтаешь, – ляпаю не подумав, за что получаю очередную порцию гневных взоров.
– Не твоё дело! И вообще, долго ты ещё собираешься тут сидеть? Не загостилась? Мы не друзья!
– И слава богу! – бубню, вскакивая с места, и несусь к выходу.
К клубу «Валькирия» я успеваю добраться вовремя. Маша, как и обещала, встречает меня у входа и помогает найти администратора. Толстенький лысоватый мужичок с масленою улыбкой и узкими, как щёлочки, глазками долго осматривает меня с ног до головы, словно я собираюсь обслуживать вип-клиентов, а не мыть за ними тарелки.
– Ладно, Яна, – тянет с акцентом Артур Михайлович. – Сегодня-завтра посмотрю, как справляться будешь, а там видно будет.
Маша тебе всё покажет.
Зайцева, довольная тем, что всё удалось, с бывалым видом и азартом в глазах показывает, где можно переодеться, провожает на кухню и даже позволяет взглянуть на зону для гостей и танцпол.
– Шутишь? – вспыхивает девчонка, отказываясь верить, что я ни разу не была в подобных заведениях.
– Нет, – не могу сдержать улыбки. – Как-то не сложилось у меня с ночной жизнью.
– Мы это исправим! – щебечет подруга, натягивая униформу официантки. – Обязательно! С меня экскурсия в лучший клуб города.
А «Валькирия» это не место для таких молодых и красивых, как мы с тобой. Да и музыка здесь на любителя.
– И не только музыка, – не могу отвести взгляда от Зайцевой в нелепом наряде то ли отчаявшейся горничной, то ли сумасшедшей официантки. – Маш, ты в этом к гостям выходишь?
– Ян, это просто форма, – пожимает плечами Зайцева, а я начинаю понимать Мишина, который был против её работы здесь.
