Она была просто удивительной красоты!
Страшно было даже моргнуть и нарушить затянувшуюся паузу, в которой я отчетливо ощущала, настолько напряжены все Берсерки, отчего их тугие выпирающие мышцы застыли на пике силе, словно в ожидании зеленого света, когда нужно будет двигаться так быстро и сильно, как никогда до этого, чтобы успеть спасти девушку!
Господи, мою душу просто выворачивало наизнанку!
— Облепишка. Клубничка, — мои губы дрогнули в печальной, но сдержанной улыбке, когда в голове пронесся его сладкий бас, мурлыкающий, и такой низкий, что даже сейчас на теле выступили мурашки, — Как угодно, но только не Ягода.
Но такая близкая тем, что говорила со мной, словно показывая путь, по которому я должна идти вперед, никогда больше не опуская головы и стоя горой за своего мужчину.
Злата больше ничего не пыталась сказать, но это было и не нужно.
Сначала один голос, а затем второй, третий, четвертый!
— Звезда права, — кивнула быстро Тайга, не сводя своих глаз с беснующегося Севера, который раз за разом кидался вперед, чтобы быть откинутым к дому снова, оставляя на мерзлой земле борозды от своих пальцев и ступней, не упав ни разу, и каждый раз, приземляясь на все четыре конечности, словно был еще и пантерой, — Мие сейчас опасно находиться рядом!
Думаю, что в эту секунду даже отец не был уверен в том, что беременная крошка сможет остановить того, чья сила просто выходила за любые пределы разумного, даже если она была его женой…"
"Не знаю сколько я сидела в одном положении, дыша отрывисто в свои ладони, когда дрогнула всем телом от голоса сверху, который проговорил тихо, но твердо:
— Что происходит? — выдохнула Злата первой, явно уже достаточно привыкнув к его присутствию рядом в отличие от меня, когда даже простое прикосновение его большой обжигающе горячей ладони к моей коже было сродни адскому пламени.
— Никакого криминала или загадок. Я просто была рядом достаточно долгое время.
Мне было бы проще, если бы они меня ненавидели.
Никто не возникал.
Первый всхлип вырвался из груди, словно та стена, за которой я отчаянно пряталась, горя в своей грязи и боли, просто рухнула от этих незамысловатых слов, что были громом среди ясного зимнего неба.
Я видела, как напрягается его огромное стройное тело и мышцы подрагивают даже под мягкими ладонями Мии, сжимаясь от боли и истязаний над его братьями, тяжело глотая горечь и стараясь дышать.
