Янтарь рассеивает тьму

Сперва Люциан переживал о том, какая атмосфера сложится в их отряде, когда к ним присоединится посторонний человек, но, как оказалось, зря. Морион хоть и раздражал всех, кроме владыки Луны, до жестких конфликтов и рукоприкладства так и не дошло. Эриас не скрывал неприязни к бессмертному, но ограничивался лишь хмурыми взглядами и ядовитыми замечаниями. Сетх предпочитал держаться в стороне, а Абрам иногда пытался завести разговор, но поспешно сбегал, чтобы не нарваться на конфликт.

Морион был одинаков в общении со всеми: он подтрунивал как над Люцианом, так и над его соклановцами, был неучтив.

Он взял на себя роль простого проводника и не пытался сблизиться с людьми, которых направлял.

За несколько дней Люциан начал привыкать к обществу бессмертного. Отчасти он видел в нем Кая. На первый взгляд, Морион и темный принц были похожи: оба вредные и невоспитанные, но если узнать их поближе, то различия становились более очевидны. Кай был необъезженным жеребцом – буйным и своенравным, в то время как Морион напоминал статую или божество.

Он был морем, над которым медленно сгущались грозовые тучи, а Кай – громом, что поражал ясное небо. Морион выглядел как человек, который не желал существовать здесь и сейчас и был равнодушен к миру; он пребывал в гармонии с собой и имел более острый ум, по сравнению с Каем. Даже если бы темный принц вырос и стал бессмертным, он бы не смог обрести такой характер: данного рода мудрость приходит не с возрастом – это врожденное. Природный холод и густая удушающая тьма – вот что чувствовал Люциан, находясь подле Мориона.

После ужина заклинатели решили заночевать у потухшего костра.

Люциан уснул и провалился в сон. В прошедшие дни он снова и снова перемещался в тело Элеоноры, но каждый раз видения были мимолетными, ведь она виделась с Каем мимоходом и толком не могла пообщаться."

"Они оба готовились к экзамену на сопротивляемость, и у них не оставалось свободного времени на свидания. Люциан радовался их занятости, потому что после признания в чувствах наблюдать за жизнью этой пары было мучительно.

При каждой встрече они целовались и обнимались, из-за чего Люциану становилось дурно, а наутро было тяжело смотреть Мориону в глаза.

В этот раз сон обещал быть длиннее, ведь Элеонора с Каем наконец-то отправились на экзамен. Люциан огорчился, но интерес почувствовал, потому что испытание из прошлого наверняка отличалось от того, что проводили сейчас.