Мы должны были умереть, но не умерли. Мы учились и смогли выжить. Хотя, к сожалению, выжили не все. Однако те, кто сумел пройти через ад первых месяцев, теперь изредка могли позволить себе отдых в своё удовольствие.
Сделанные нами навесы были пожароопасными, неказистыми — зато тёплыми! Простенькие жилища с покатой крышей состояли из тонких палок каркаса и целого стога свежей травы. А самое главное — отлично держали тепло, защищая от влаги. И это при том, что соорудили мы их на скорую руку и за один вечер.
А утром, проснувшись, я наконец-то смог посидеть у костра, вытянув усталые израненные ноги к огню.
И насладиться волнами тепла, которые ветер сносил в сторону ступней.
— Отдыхаешь, да? — спросила Кострома, усаживаясь рядом с костром, между мной и Мелким.
— А чо? — довольно щурясь, отозвался гопник.
— Буй через плечо! — хмыкнула Кострома. — Ты-то ладно, хоть чем занимайся… А вот наш руководитель мог бы и совещание собрать!
— Кто? Я? Зачем? — если честно, я не удивился претензии, потому что сам думал об этом…
…Но передумал.
— Чтобы узнать, что вы все обо мне думаете? И услышать, какой я, Вано, нехороший человек?
— Ну… Да! — Кострома улыбнулась, посмотрев куда-то мне за спину.
— Да ну нафиг! — отмахнулся я.
И даже поленился проверять, кто там сзади стоит.
Правда, тут же пожалел об этом.
— Ну, тогда мы сами соберёмся и посовещаемся! Прямо рядом с тобой! — сообщил мне из-за спины голос Бура, заставив мою улыбку потускнеть.
— Да. Мы же должны обсудить, какой ты тиран и деспот! — присоединился Сочинец.
— Тиран! — подтвердил Дунай.
— И деспот! — согласился с предыдущими ораторами Старик.
Пока я скорбел о безвременно закончившемся отдыхе и разбитой вдребезги мечте о ничегонеделании, товарищи времени зря не теряли. Притащили к костру камни, на которых сразу же расселись с серьёзными лицами. А ещё откуда-то материализовался горшок с кашей и миски с ложками.
Удивительно, но нас с гопником едой не обделили, а Мелкого ещё и прогонять не стали. Значит, ничего секретного никто обсуждать не планировал.
И это уже радовало.
— Вано, если продолжим в том же духе, через неделю люди бунт поднимут… — начал Сочинец, не забывая жевать кашу. — Срочность, необходимость… Мы-то это всё понимаем! Но и ты не забывай, что люди у нас не железные.
— Точно! — ткнув в мою сторону ложкой, поддержал его Бур. — Это вон вы и ребята Вадима регулярно мотаетесь, куда Макар телят не гонял. А люди Старика и мои «тугомногодумы» вообще предпочитают меньше ходить.
