Японская война 1904. Книга 6

Только после этого до сидящих внутри японцев что-то дошло: броневик остановился, из люка показалось растерянное молодое лицо, а потом… Пистолет к виску и выстрел — впрочем, а что еще оставалось офицеру, не забывшему, что такое честь?

— Семен Михайлович, у 1-й роты проблемы с пробитиями… — связисты обратили внимание, что после первых удачных попаданий японские броневики стали куда лучше держать удар.

— Живучее, значит, стали, но идут медленнее, чем те, кого мы уже выбили, — сразу приметил разницу Буденный.

— Похоже, японцы еще перед боем на часть машин повесили двойной слой брони. Благо с вышедших из строя машин ее можно было снять сколько угодно.

— И что делать будем? — молодой адъютант, приставленный к одному из героев этой войны, был готов бежать передавать любой приказ, но не потребовалось.

— Стрелять, — Буденный ни капли не смутился.

— А как же?..

— Просто ждите, — Брюммер мог бы рявкнуть на суетливого офицера, но вместо этого лишь понимающе улыбнулся. Все верно, они пришли сюда побеждать и учиться… Чтобы в русской армии появились знающие офицеры не только для этой войны, но и для следующей.

В том, что до нее обязательно дойдет, молодой штабист ни капли не сомневался.

А тем временем японские броневики один за другим начали замирать.

— Ничего не понимаю, — растерянно потер лоб адъютант. — Снаряды же их не пробивают, а они берут и встают. Как такое возможно?

— За все нужно платить, — Брюммер на мгновение прикрыл глаза. — Японцы решили ставить больше брони — очень разумно.

Но заклепки у них тут только стандартной длины — объективный факт. Они решили, что это принципиально ничего не изменит, и, скажу честно, я сам когда-то так думал. Но генерал Макаров гонял нас всех на полигоны, заставлял изучать все нюансы техники, на которой мы будем работать. И знаете, что мы все поняли?

— Короткие заклепки? Их вырывает! — догадался адъютант, и Брюммер кивнул, довольный его сообразительностью.

— Причем массово! Один близкий взрыв, второй, третий — и обычные-то начинают стрелять, а короткие просто устроят внутри машины камеру смерти.

Адъютант представил, что творится под сталью замерших посреди поля броневиков, и резко побледнел. А вот остальные не отвлекались. Буденный выждал, пока японские машины как можно дальше оторвутся от пехоты, а потом отдал приказ, чтобы 2-я и 3-я роты начинали движение. И это было страшно. Страшно в кажущейся наивности попытки остановить такую армаду.