Японская война 1904. Книга 6

— Война пока закончена, — Николай повернулся к девушке. — И он получит свои броневики. Просто с другого завода.

— Он ждет не просто броневики, — Анна от нервов чуть не лишилась голоса, но все равно продолжала. — Он ждет именно нашего воплощения своих идей. А еще мы работаем над перспективной машиной, которая перевернет ситуацию на любом поле боя.

— Если вы беспокоитесь о вложенных деньгах, — подал голос Плеве, — то можно же оформить привилегии на все, что вы придумали. И затраты, учитывая объемы вложений в броневики, вернутся очень быстро.

Если что, я мог бы помочь со своей стороны…

— Дело не в деньгах! — повысила голос Анна, словно на мгновение забыв, что она не на производстве, где порой чуть ли не ночевала, а в Зимнем.

— А в чем? — почти ласково спросил министр внутренних дел.

— В том, что мы хотим помочь армии. В том, что мы можем это сделать. Черт побери! — девушка покраснела, но все равно продолжила. — Раньше я долгие годы была не больше чем придатком к семье, к славному имени Путиловского завода, но теперь… Когда я слышу о победах на востоке России, то знаю, что они стали возможны в том числе и благодаря мне! Когда читаю отчеты офицеров об использовании наших машин, когда смотрю приложенные цифры, сколько жизней спасли те или иные придумки и качество, которое мы отслеживаем на каждом этапе — я чувствую себя живой!

Вера с удивлением посмотрела на подругу.

Раньше она не знала, можно ли Анну так называть. Они много говорили, много времени проводили вместе, но вместе с тем Вере казалось, что молодой заводчице интересны только деньги и сталь. А оказывается, нет: даже она мечтает о чем-то большем. Жаль, что все это не будет иметь смысла… Царь, министр финансов — вряд ли они собрались просто чтобы согласиться с чужой мечтой. Пусть пока им спускают некоторые вольности, но всему есть границы.

— Кажется, я понимаю вас, — неожиданно сказал Николай, и Вера чуть не закашлялась.

— Понимаете? — выдохнула Анна и удивленно расширила глаза.

— Да, и поэтому не буду приказывать, а просто расскажу, почему я прошу вас принять именно такое решение.

В воздухе повисло напряженное молчание, а Вера неожиданно осознала, что это ей напоминает. Разговор отца и детей: когда одни мечтают, а второй вынужден зарабатывать на дом и на еду и как злобный тиран ограничивает свободу и полет фантазии.

— Почему? — Анна вскинула голову.

— Мир меняется, и многие это понимают, — тихо заговорил царь.