Японская война. 1904

– Капитан Умеров, – ответил покрытый кровью незнакомый офицер.

– Видите 52-ю сопку? – указал я на одну из вершин в тылу.

– Так точно.

– Тогда отправляйте туда раненых с сопровождением. Сами же развернулись и в наши окопы. Поступите в распоряжение к подполковнику Шереметеву.

– Есть!

Этот капитан оказался нормальным, попадались и другие. Один поручик, оказавшийся старшим после смерти всех остальных офицеров в своей роте, пытался спорить, что я не имею права ему приказывать. Я чуть не растерялся, но помогла поднявшаяся волна холода.

Вместе с ней как обычно пришли спокойствие и уверенность: подошел к скандалисту, врезал так, что тот рухнул на землю, а потом обвел взглядом остальных.

– Кажется, у поручика шок, включите его в группу раненых. А теперь кто у вас новый старший?

– Я, старший унтер Василевский, – вперед после короткой паузы вышел молодой парень с испариной на лице."

"– На этот бой считай себя подпоручиком, Василевский, – я повысил парня сразу на три ступени. Ох, и сожрут меня потом за это.

 – А теперь берите своих и занимайте вторую линию окопов. Можете рассчитывать на полчаса, чтобы привести себя в порядок. А потом готовьтесь прикрывать наше отступление. Капитан Клыков на месте поставит вам конкретные задачи.

И так рота за ротой. Самых нервных к Шереметеву в центр, чтобы ни мгновения не сидели без дела, а заодно вспомнили, что и враг может умирать. Самых бодрых – на левый фланг к Хорунженкову, ему пригодится свежая кровь. Роты, где было много раненых, шли в запас: небольшой отдых, и они обязательно себя покажут.

Еще одну оставил рядом с собой: когда отряд Мелехова отступил и занял свои позиции, именно они прикрыли их в последний момент, давая возможность перевести дыхание.

Сколько времени прошло? Уже полдень – значит, еще час продержались, хорошо!

* * *Рядовой Кунаев вытер пот на коротких рыжих усах до того, как тот заледенел. 2-е мая сегодня, но рядом с рекой и морем даже сейчас такое не редкость.

– Живые! Живые, мать вашу! – рядом, запрокинув голову назад, орал Панчик.

Наглый поляк до последнего не верил, что полковник сдержит свое слово и включит их в отряд смертников. Не верил, когда чистил выгребные ямы, не верил, когда всех гоняли с утра и до ночи, не давая ни одной свободной минуты, не верил, когда подполковник Мелехов построил штрафников перед строем и указал цель. Вражеская батарея – то, что будут прикрывать любой ценой, то, где сдохнуть проще, чем чихнуть.