Японская война. 1904

Все до единой.

– Мы услышали ваши слова об оскорблении, мы принимаем, что ничего нельзя изменить, но все равно хотим принести извинения.

Передав деньги, Казуэ медленно опустилась на колени и сложила руки перед собой. Левая ладонь на правый кулак, как и положено женщине. А теперь так же медленно опуститься и коснуться лбом пола. Каждое движение выверено и точно – это не случайный порыв, а один из девяти видов китайских поклонов. Ци Шоу – самый торжественный и почтительный из них. Сделаешь такой быстро, и его можно будет спутать с Дунь Шоу, который показывает не почтение, а траур.

Совсем не то, что Казуэ было нужно. Именно ей! Потому что вряд ли белый человек сможет понять такие тонкости.

Тем не менее полковник замер, а потом, когда девушка подняла взгляд, положил правую ладонь на левый кулак. Мужской жест. Немного приподнял сжатые вместе руки. И совершил легкий поклон. Казуэ удивленно расширила глаза: это определенно была не случайность. На ритуальный Ци Шоу ей ответили не менее ритуальным Цзо И.

Было немного обидно, что при этом полковник выбрал жест, который используют для ответа простолюдинам, но он определенно принял ее извинения.

Казуэ оставалась на коленях, пока Макаров не вышел из юкаку, прихватив за собой не менее удивленного Мин Тао. Только после этого девушка поднялась, а потом со всей силы залепила пощечину Дун Фэй. Старуха рухнула на землю, прижимая ладонь к щеке, но даже не подумала защищаться. Она знала свое место, Казуэ знала свое, но вот в чем девушка сомневалась… А знает ли она место Макарова, и знает ли его он сам?

* * *Проблему с деньгами удалось разрешить довольно просто.

Хорунженков поездил по округе, благо деревень вокруг Ляояна было достаточно, и уже через пару часов вернулся с хозяином еще одного юкаку. Обеспечив таким образом наказание для обнаглевших дамочек, я провел переговоры и даже смог сохранить деньги. Единственное, что смутило – это вылезшие непонятно откуда воспоминания о китайских ритуалах. Но в итоге они тоже легли в общую канву, позволив закрепить сделку еще на одном уровне.

В общем, с последствиями вечеринки я разобрался. Шереметев с Мелеховым тем временем закончили обустройство выделенных нам фанз, и я со спокойной совестью объявил о начале подготовки к новому походу. И после недавней вечеринки у меня появились планы, как по-новому мы это будем делать! Прежде всего, я устроил учения, но не чтобы вымотать людей, которые еще не до конца пришли в себя, а чтобы зафиксировать их результаты.