Японская война. 1904

– Почему они не ударили сразу? – задумался Джек.

– Не подобраться, – ответил Макартур. – Как бы сорвиголова ни запутал японцев, совсем уж за идиотов он их не держит.

– Прошу прощения, господа, немного задержался, – наверх тем временем забрался Гамильтон.

– Где вы были? – спросил Джек, покосившись на приставленного к ним казака.

– Спустился пониже, послушать улицы, – ответил англичанин. – Вы ведь знаете, как японцы готовились к этой войне, в том числе и на территории Кореи. Так что даже в мирном городе оставались их агенты, и было ожидаемо, если бы они попробовали собрать народ и ударить русским в спину.

– И как?

– Они попробовали, но после вчерашнего их никто не стал слушать.

– Настолько благодарны за рис?

– Настолько верят в русских, – неожиданно ответил Гамильтон. – Те вчерашние песни, что они горланили всей толпой. Вроде бы глупость, но это словно сделало русских и корейцев одним целым. Думаю, ненадолго, но сегодня им точно не стоит беспокоиться за тыл. А что на поле боя?

– Полковник заставил японского майора думать, что держит крупные силы в городе, а сам обошел его и теперь играет роль передового отряда какого-то нового соединения.

"– А чего ему не поверить? – Гамильтон покачал головой. – Враг уже оказался в тылу, где его не должно быть, а значит, вообще все возможно. Так что, хоть угрозы окружения и нет, японцы будут думать и действовать, исходя из того, что она есть.

– И тогда им остается только прорываться, – Макартур снова довольно хохотнул.

Он не договорил, потому что именно в этот момент японские артиллеристы подорвали свои шесть пушек. В прорыв их не взять, оставлять врагу – и того глупее, так что это решение могло показаться даже разумным. Но точно не тому, кто следил за боем со стороны.

– Невероятно! Заставил самих лишить себя артиллерии, но что дальше? – спросил Джек. – Японцев же все равно больше, и они просто сомнут русских, особенно учитывая, что те оставили в городе свои пулеметы и пушки.

– Не сомнут, – не согласился Гамильтон. – Видишь, они строятся в колонны, значит, это именно прорыв. Идут вперед, соглашаясь с потерями, только бы вырваться на открытое место. Они даже не будут пытаться сражаться. Разве что потом, когда поймут, что никакого подкрепления больше нет.

– Если будет кому сражаться, – добавил Макартур, снова вытаскивая бинокль. Он не собирался пропустить ни одного мгновения этого боя.

* * *Пока все шло по плану.