Японская война. 1904 (СИ)

А пока — стоим! И… разрешаю наслаждаться бессильной яростью врага. Отдых нам еще не положен, а вот ее — мы уже заслужили.

* * *Генерал Куроки задумчиво смотрел на другой берег Ялу.

Как же странно началась эта война. С одной стороны, его армия оказалась быстрее, сильнее, лучше подготовлена, чем большая часть русских войск. С другой стороны, даже одного грамотного командира с той стороны хватило, чтобы те же самые солдаты, еще недавно беспорядочно отступавшие, словно пробудились ото сна.

— Какой потенциал… — сказал Куроки сам себе под нос.

— Прошу простить меня за провал, — подошедший генерал Иноуэ церемонно поклонился.

— Почему не получился обход? — Куроки только головой мотнул, не время. За своих людей он ответит сам и перед генералом Ояма, и перед принцами Катиширикава и Куни.

— Враг действовал непривычно, — ответил Иноуэ. — Маневрировал и сражался прямо на ходу. Пехота на лошадях, конница на своих двоих.

— Понятно, — Куроки задумался. Сначала на их берегу, теперь здесь…

— А что случилось по центру? Почему не удалось прорваться? — воспользовавшись паузой, Иноуэ повернулся к как раз подошедшему Хасэгаве.

— Центр-то мы прорвали, — ответил тот. — Там окопы, как и доносила разведка, были пустой формальностью. Зато потом левый фланг русских перетянул на себя все внимание. Проволочные укрепления, окопы полного профиля, укрытые в том числе и сверху. Я успел посмотреть, пока мы были на том берегу — даже гаубицы не могли взять их с одного выстрела.

— Но все равно, там же был только один полк, — не понимал Иноуэ.

 — Никаких маневров, просто закопались в землю…

— Маневры как раз были, — не согласился Хасэгава. — Они отходили при обстреле, возвращались при первых попытках натиска, хорошо использовали фланги. Взять хотя бы ту вылазку, когда они выбили из окружения другой полк. А уж та их спрятанная батарея…

Генерал замолчал, вместе с ним молчали и остальные.

Если до этого скорострельным русским пушкам никак не удавалось проявить себя, то теперь… Враг сыграл партию как по нотам.

Дал оторваться от своего прикрытия, собраться на конкретных плацдармах — сейчас-то Куроки понимал, что равнины между сопками первой линии, где они готовились к штурму новых позиций, были давно пристреляны. Им дали там собраться! Трезво, цинично, без шансов! А потом просто взяли кровавую дань. По самым скромным оценкам, за эти полчаса он потерял почти полторы тысячи человек, половину от всех потерь в этом сражении.