Японская война. 1904 (СИ)

Так звали рыбака, которого нашел Хорунженков, чтобы тот помог нам обойти мелкие места. И он оказался не единственным корейцем, что собрался с нами. Когда мы уходили, к нам вышло почти пятьсот жителей Согёна, готовых оставить свой дом и попытать счастья в России.

— Надо было их оставить, — рядом со мной хмурился Врангель. — Набились, как селедки, лошади волнуются. И еще этот запах…

Вот тут я был с ним согласен — местные набрали с собой рыбы на несколько дней, и пахла она весьма специфически. Не сюрстремминг, но рвотные позывы у обладателей не подготовленных желудков вызывала.

— Если они решили жить в России, если готовы плыть словно негры на кораблях Джона Хокинса, то пусть живут, — не согласился со своим командиром Буденный. Мне кажется, это из-за того, что вахмистр простыл и с заложенным носом не осознавал всех особенностей наших попутчиков.

Впрочем, шучу, на самом деле я тоже нервничаю из-за того, сколько нас теперь. Корейцы набились в трюм, на нижнюю и верхнюю палубу, забив своими телами и скромными пожитками все что только можно.

— Согласен, ситуация не самая приятная. Для всех из нас, — добавил я, — Но нам нужны рабочие руки, чтобы успеть укрепить позиции на Ялу. Все, кого мы взяли, согласились отработать поездку, так что это не столько благотворительность, сколько честная сделка.

— А мне интересно, почему они вам так легко поверили, — добавил Врангель. — Все же знают, что азиаты всегда себе на уме, а тут готовы сорваться с места со случайным человеком.

— Мне кажется, это потому, что они увидели, как мы защищаем своих гражданских, — предположил Буденный.

— Или потому, что мы победили столько японцев, — поручик Славский уже успел немного отдохнуть и мечтал о новых подвигах.

— Или среди них есть японец, который решил обеспечить себе легенду и пробраться к нам в тыл, — Врангель не собирался отказываться от своих подозрений.

Впрочем, он зря волнуется. Все равно корейцев без присмотра мы не оставим, так что передать что-либо ценное своим у них не получится… В этот момент Юбин замахал руками, показывая, что нужно будет опять сделать крюк от берега, и я передал приказ стоящему на руле ефрейтору Жиркову. Поворот получился довольно резким, но корабль неплохо держал волну, так что обошлось без последствий.