– У меня изъяли планшет и средства связи. Ну и даже если бы не изъяли, я бы вам не сообщила. – Глаза арта вспыхнули, подбородок заострился, кожа рук покрылась тонкими бронированными пластинами. – У меня нет ваших номеров. И никаких контактов. Я не знаю, как с вами связаться.
Пожала плечами и несколько раз хлопнула ресницами. Гариус на несколько секунд завис. Переваривал услышанное. Потом резко прижал к себе. Сделал несколько вдохов. И вбил в планшет новые контакты. Правда, планшет оказался не моим. И коммуникатор тоже.
– Почему не потребовала нас позвать? Не показала браслеты?
– Во-первых, я ни в чем не была виновата. Картэн наверняка все подтвердил. – Арт ничего не ответил. – Думала, все закончится стандартным допросом. И на дознавателе был артефакт правды. На шее висел. Он подтвердил показания. Не знаю, почему он взбесился.
– Он не взбесился. Он идиот, который неправильно увидел картину преступления.
– Это как?
– Нити проклятья шли от тебя.
– Не может такого быть! – Даже не обиделась, услышав это нелепое заявление.
– Я никого не проклинала!
– Не ты, родная. – Арт наконец-то приобрел свой привычный вид. – Тебя.
– Не поняла?!
– Графиня Савонская бросила в тебя проклятье. Оно, как и в прошлый раз, отразилось от тебя и вернулось к владельцу в двойном объеме. Эта тва… графиня потеряла сознание. Нити должны были быстро исчезнуть. Но Картэн законсервировал место происшествия.
– Ты хочешь сказать, что…
– На тебя еще раз покушались.
Кабинет ректора
– Два покушения.
– Мужчина снял изящные очки в золотой оправе и сощурил глаза. – Всего несколько недель, она у тебя под опекой барон, а уже дважды чуть не умерла. И от чего? Проклятье крови? Шлюшье проклятье? Ты и этого не можешь предотвратить?!
– Не шипи. – Ректор Барэд достал из деревянной коробки сигару. – С девушкой все в порядке.
– В порядке. – Кивнул собеседник. – В полном порядке. Может, мне ее в клан барсов отправить? Их альфа обещал Птахе полную защиту.
– Твоя Птаха, будущий дознаватель! Ее жизнь постоянно будет под угрозой! – Не выдержал Айсер.
Ему не нравился тон зарвавшегося собеседника. Арчибальд хоть и был тем, о ком в обществе старались говорить или хорошо, или очень хорошо. Дабы не попасть в неприятности… Но на правах давнего друга ирлинг позволил себе высказаться. Правда, у Феникса этот выпад вызвал лишь снисходительную ухмылку."
"– Заткнись Айсер. – Прозвучало грубо, но беззлобно. – А ты, ректор, займись ее безопасностью.
