— Всё настолько плохо? — опустив взгляд, чтобы увидеть глаза супруги спросил Талий.
Она кивнула, после чего достала конверт. Талий успел прочесть, что отправитель Елена Долгорукова, но не успев что-либо спросить, он увидел портрет.
— Мда, думаю наш сын меня возненавидит ещё больше после этого.
— И меня. Давай отменим помолвку?!
— С Ва Меньшиковой? Ты же это несерьёзно? Скоро война, и союз с ними повысит наши шансы на выживание!
Эмери тяжело вздохнула. И как бы она не понимала слова мужа, но легче ей не становилось.
На портрете была изображена худощавая девушка, с волосами мышиного цвета. Её лицо было покрыто оспинами, а глаза были пусты и безжизненны.
И на обратной стороне была приписка от Елены:
«В тихом омуте черти водятся».
Глава 20
Как я и предполагал, моим родителям стали поступать письма от глав благородных родов, в которых вежливо интересовались правдивы ли слухи касательно меня и моих способностей."
"Однажды меня и Корфа вызвали на Совет. Когда мы вошли, я увидел, что за столом собрались все влиятельные люди рода Тьер.
Пару раз мне приходилось их видеть на торжественных мероприятиях.
Я был удивлен количеством собравшихся. До этого я думал, что Талий принимает решения единолично, и в моём понимании в Совет, помимо отца, входили Михаил, Георгий и Эмери.
— Ярар, барон Корф, проходите, присаживайтесь, — вежливо сказал Талий, указав нам наши места. Нас посадили не за главный стол, а сбоку от него.
Я осмотрел собравшихся. Отец сидел во главе стола, а по правую руку от него был Михаил.
Георгий находился почти в самом конце стола. Остальных, кроме того, что они мои родственники, я не знал.
Талий поднялся и обратился к собравшимся.
— Старейшины рода, сегодня вы прибыли в родовой замок Тьер, чтобы развеять слухи касательно моего сына, Ярара Де Тьера. Также, для подтверждения моих слов, сегодня на Совете присутствует целитель Ка Корф, который занимается обучением моего сына. Первое, что вы должны знать.
Слухи правдивы! И на прошлой неделе мой сын вернул молодость своей няне. До процедуры женщине было шестьдесят четыре года, сейчас ей нельзя дать больше двадцати.
Талий сделал паузу дав осмыслить сказанное. Ведь в это было невозможно поверить! Возврат молодости? К тому же кем? Не ученым мужем, а ребенком десяти лет. Эти противоречивые мысли приводили собравшихся в ступор.
Но словам Талия все поверили сразу же.
За столом начались перешёптывания.
