— Зачем тебе деньги? О тебе и так заботится род.
— Дядя, — улыбнулся я, — потому что я больше не наследник рода! Зачем мне отдавать всю выручку в казну, к которой я не имею никакого отношения?! Вчера собрался Совет рода Тьер. Ответьте мне, они все доходы отдают в казну рода или только платят налоги?
Вместо Михаила ответил Георгий.
— Ты прав, они платят налоги со своих производств. И я с такой точки зрения не смотрел на этот вопрос. Хорошо, Ярар, я тебя услышал.
— Григорий, о чём ты говоришь? Он ребенок! Какие ему деньги?
— Это ты себя не слышишь.
Ты хочешь припахать ребенка, и ничего ему не платить? А потом, когда он станет совершеннолетним, оставить его ни с чем?
Было видно, что Михаил из принципа хотел что-то ответить, но возразить ему было нечем.
— Хорошо, — сказал Григорий, не дождавшись, когда брат ему ответит, — с этим разобрались. Сколько бы ты хотел получать за свои услуги?
Я хитро ухмыльнулся.
— В Элинской империи за омоложение двух человек я получил воздушный корабль, на котором мы прилетели.
И мне сказали, что ещё продешевил.
— Ты хоть знаешь, сколько стоит воздушный корабль? — кусая губы спросил Михаил.
— Конечно знаю, дядя. Думаете мне не стало интересно сколько стоят мои услуги?
— Но зачем тебе такие деньги? — воскликнул он.
— Буду строить город, в который со временем переберусь, — ответил я.
Он ненадолго задумался. Михаил и Григорий переглянулись и кивнули друг другу.
— С этим можно работать, — сказал Михаил.
— Строительства города в Балакинских землях пойдёт на пользу рода.
— Тогда нам осталось обсудить цены на услуги? — посмотрев на меня, спросил Григорий.
— Не только цены, — потирая руки и хитро улыбаясь сказал я. — Клиника будет построена в новом городе, который начнут строить сразу после прибытия первых партий рабов. — И видя, что оба дяди собираются мне возразить, продолжил: — Пока клиника не будет построена, буду принимать клиентов в этом замке.
И это моё главное условие. Хоть я и Тьер, но это не значит, что я буду беспокоиться о вашем благополучии больше, чем о своём. Пятнадцать процентов прилично пополнят казну рода. А когда я стану совершеннолетним, этот процент упадёт до подоходного налога.
— Но это же всего пять процентов! — воскликнул Михаил.
— Вот именно, я почти семь лет буду отчислять в казну рода в три раза больше положенного!
— Но это неправильно.
