Подняв меня на руки, он посмотрел мне в глаза и сказал:
— У нас нет выбора сын, мы должны справиться.
Когда отец вернулся в дом со мной на руках, в дверях нас ждали мама и нянечка. Они видели, как напряжен, но в тоже время счастлив Талий. Передав меня нянечке, он шепнул жене, как я понимаю, то, что я целитель. Маска на её лице треснула.
— Не может быть! Что же мы будем делать?! Люди не пойдут за целителем! — с бледным лицом говорила Эмери.
— Значит его должны окружать сильные помощники, которые поддержат его в случае необходимости.
— подумав, сказал Талий.
— Ты сам знаешь, что это дорога к краху. Рано или поздно они надавят на него и ему придётся прогнуться под более сильного! — не согласилась с ним Эмери.
— Родная, Ярар наш первенец. Мы молоды и умирать не собираемся. Давай отложим этот разговор.
— А что скажем императору? — спросила Эмери. — Он обязательно поинтересуется какой стихией одарен твой сын.
— У императора нет права вмешиваться в дела нашего дома! — отрезал Талий.
Этта слышала весь разговор и с грустной улыбкой повела меня в свою комнату.
Честно, я тогда не понял, из-за чего расстроился отец. Чем же так плох целительский дар?
Знания по этому вопросу я получил, когда началось моё обучение.
Моими учителями стали мои дяди. Не совсем дяди, конечно, в общем, внебрачные сыновья моего деда. Отец не просто так возвысил троих воинов после сражения у крепости Артуил. Все трое были бастардами, и, как оказалось, они были сводными братьями моего отца.
Михаил Ка Торен, стал моим наставником.
Он обучал меня грамоте, верховой езде, истории, географии, занимался моим физическим воспитанием и постоянно находился рядом со мной. Георгий Ка Трир стал моим учителем математики и фехтования, и он отвечал за нашу безопасность. Третий, барон Александр Ка Трей, не стал моим учителем, потому что погиб. Его убили при неустановленных обстоятельствах. Однажды утром, ещё молодого барона, нашли с перерезанным горлом. Расследование зашло в тупик. Но у Александра был сын, Артём. Талий поселил его и его мать к нам в дом.
Артём был моим погодкой и отец решил, что мне будет лучше заниматься в компании со своим сверстником. Тем более, проверка показала, что Артём одарен стихией огня. Что послужило ещё одним важным аргументом за его проживание рядом с нами. Как я понял, родители начали формировать моё окружение.
— Ярар, расскажи, что ты помнишь с прошлого нашего урока, — попросил Михаил."
"— Да, учитель, — сказал я, поднявшись с идеально ровной спиной.
