Ярослава и Грач

В этот момент Яре все-таки удалось вложить в рот дочери ложку каши. Возмущенная этим фактом, Майя замахала руками, и маленькая кофейная чашка из сервиза, в которую Яра налила ей воды, потому что все остальные чашки были слишком велики, полетела со стола.

Яра успела подхватить её почти у пола, но из рук выпал сотовый.

— Яра? — долетел до неё голос Гриши. — Всё в порядке?

Она вытащила сотовый из-под стола и снова приложила к уху.

— Да, в порядке. Я согласна вернуться домой. Но только если ты найдешь для себя место, где можно жить нормально.

К вечеру Гриша снял какую-то комнату и сам приехал за ними, чтобы отвезти их назад. В машине они молчали. И было что-то укоризненное в тишине их квартиры, и в наполовину опустевших шкафах, и в отсутствии его зубной щетки в ванной. Суп стоял в холодильнике нетронутый, и это разозлило и одновременно обеспокоило. Что он станет есть? Опять булочки?

Это больше не должно было волновать, но волновало.

Дома у родителей получалось делать вид, будто она просто приехала к ним на выходные.

Здесь же все вдруг стало слишком реальным. Майя перестала притворяться золотой девочкой. Снова закапризничала и запросилась на руки. Все было как всегда с одним отличием: раньше Гриша приезжал хотя бы в семь, и Яра совершенно нерационально проживала день в надежде, что он вернется и поможет ей, и станет легче. Но больше не было смысла ждать его возвращения.

Потекли дни. Вернувшиеся родители высказали на удивление мало эмоций. Не стали уговаривать все переиграть, хотя и выглядели явно расстроенными.

Гришиной маме они решили пока ни о чем не говорить. Честно говоря, Яре было страшно предстать перед ней.

Первый раз Гриша приехал за Майей в конце недели.

— Я здесь с ней погуляю, — отвел глаза он. — Мне пока некуда забирать.

Яра кивнула, молча одела дочь и закрыла за ними дверь. Прислонилась к ней лбом. Гриша выглядел плохо. Накормить бы. Пошла на кухню, сложила ему в контейнер макароны и мясо, порезала на дольки огурец, и убрала все это в пакет. Микроволновка же у него на новом месте должна быть.

А если нет… В чем-то же он готовит себе, подогреет."

"Гриша вернул Майю через полтора часа, когда на улице стало холодать.

— Пиши, пожалуйста, заранее, когда за ней приедешь, — попросила Яра. — И вот возьми, поешь.

Пакет он взял, но в этот момент Яра подумалось, что он может и не поесть. А если и поест, то явно не разогретое. Пожалела, что не догадалась сама подогреть и завернуть в фольгу. А потом разозлилась на них обоих.