Затем запрокинул голову и закричал это, закричал небу и жертвам внутри ящика: – Вам меня не напугать – это я вас напугаю! Я вас напугаю!
Подхватил с земли скользкий маленький череп, раздавил в ладони и бросил осколки в летящих к нему птиц.
И залез в ящик для жертвоприношений.
55. Любовь
Ящик притягивал Сепа как магнит, разгонял кровь и наполнял глаза острой болью. Оба уха ревели от давления в венах.
У Сепа мелькнула только одна мысль, но она ударила его, точно молот, – что мать и друзья ждут его.
– Я люблю вас, – сказал он, открыв рот в безмолвной муке.
Корни обвили тело, плоть пронзили шипы, и сила ящика сжала его, словно кулак.
Сеп закричал от этой силы – кричал, пока не почувствовал, как волокна рвутся в горле и кровь бежит из лопнувших губ. Шло время, которое невозможно было измерить или понять, а он парил в свете, что опалял кожу холодом, а внутренности огнём.
«Я умираю», – подумал Сеп, только мысль высказал не разум, а душа.
Он перестал кричать.
Страхи и беспокойства покидали его, как опадающие с цветка лепестки.
Сеп засмеялся, наблюдая, как они вертятся в воздухе.
«В конце остаётся именно это, не так ли? Люди и то, чем вы с ними поделились».
Он вспомнил их всех. Лэмб. Аркла. Мака. Хэдли. Свою мать. Сеп доверился этой волне счастья – и почувствовал, как задрожал ящик.
– О, так ты меня боишься, – сказал Сеп, схватился за корни, что его держали, нашёл зло, которое ящик наслал на остров, и взял его в свои руки, потянув назад, точно сеть из моря. Ожившие мертвецы падали, сияние в их глазах угасало, а сила ящика начала уменьшаться.
Извлекая яд из ларца, Сеп упивался чудесами своего мира: треском растущей травы, волнами прилива и мягким дыханием людей в своих кроватях; их сердца стучали, точно капли дождя на пруду; он нашёл свою мать – и протянул ей свою любовь.
И обнаружил ещё кое-что. Сеп думал, болезнь вернулась, но мама не была больна.
Она была беременна.
Сеп почувствовал, как радость захлестнула его, и прислушался к биению крошечного сердечка. Маленькая девочка.
Его сестра.
Ящик для жертвоприношений нанёс ответный удар, раздавив Сепа, сломав, убив.
Когда сознание угасло, Сеп увидел средства, с помощью которых будет жить вечно: танцевать, как пятнышко в солнечном луче, или расти в почве, сверкать на крыльях стрекоз или в морской воде; он чувствовал, как его далёкое тело разваливается на части; золотая нить его сознания растворилась, и он превратился в нечто иное, материю, которая когда-то была камнем и звёздным светом.
Мам. Мам.
