И от этого вдруг хочется сойти с ума, перейти к третьей степени безумия. Шаги. Кажется, что я на время приобрела суперспособность слышать каждое его движение. Закрываю глаза и выгибаю от предвкушения спину.
— Маленькая, ты этого хочешь? — вызывая волну мурашек, Майкл шепчет мне на ухо.
— Да!
— Скажи это! — его фраза звучит требовательно и настойчиво, но меня это только сильнее возбуждает.
— Я хочу тебя… — «Я хочу тебя до умопомрачения. До диагноза — крайне-тяжелая стадия безумия. Я хочу каждый нанометр твоего тела.
» Только подумав об этом, моё тело ощущает тяжесть на себе. Ноги невольно раздвигаются, поддаваясь первобытным инстинктам. Таз Майкла оказывается между моих бедер. Я громко вдыхаю его запах, затем открываю глаза. Его лицо нависло над моим в пятнадцати сантиметрах. Его глаза сейчас цвета тихоокеанской волны. В мире миллионы оттенков, но этот я узнаю, даже с закрытыми глазами. Губы Тёрнера движутся к моим, и через мгновение наши уста встречаются посередине. Мне больше не хочется быть кроткой Сарой, я хочу его.
Он моя физиологическая потребность, без которой жизненные процессы просто прекратятся. Я не смогу есть, спать, дышать без него. Наш поцелуй настолько нестерпимый, он словно глоток воздуха после длительного погружения в воду. Ощущения внутри острые, колкие, разрывающие. Моё сердце не успокоится, пока я не ощущу его внутри себя. Майкл терзает зубами мою нижнюю губу, пока его руки находят мои ягодицы, чтобы впиться пальцами в кожу. Я громко выдыхаю ему в рот. Его движения дикие, необузданные, неукротимые.
Они пробуждают чувство абсолютного вожделения.
— Моя, — буквы падают из его уст и остаются на моих губах. Они отражаются эхом в моём почти поехавшем разуме. Моя! Моя! Моя!
— Твоя, — ему не нужно подтверждение, но я должна была это сказать. В голове звучит музыка, она звучит только для нас двоих. Это музыка танца для двоих влюбленных. Этот танец не для зрителей, он наш, только наш.
Я кладу руки на его спину, сначала ощущаю ткань повязки, но затем мои пальцы встают на ноготки и царапающим движением скользят вниз.
И вот я понимаю, что ногти уже скользят по коже, ещё немного и… И небольшие коготки вонзаются в эластичную кожу на ягодицах Тёрнера. Он от неожиданности открывает глаза.
— Тише! Ты же понимаешь, что я держусь из последних сил? — размыкая поцелуй, хрипит Майкл.
— Я уверена, что держаться уже бесполезно. Войди в меня. Я готова. — прошу его, или умоляю… Жалко, что не могу слышать себя со стороны.
— Потерпи немножко.
