Это может быть опасно!
Не успеваю ничего ответить, как Варвара вышла, захватив корзину с пустой посудой.
Признаться, я ничего не поняла. Очень похоже, что это кто-то приказал меня задвинуть. Царице Марии Николаевне скажут, что я срезалась на экзаменах. Всё ясно, как божий день.
Максимум, на что я могу рассчитывать, это место чуть хуже, и возможно, списание долга, если я смогу доказать, свои какие-то способности.
От нечего делать подошла к небольшому зеркалу, рассмотреть себя как следует до этого момента не успела, всё бегом.
— А я вполне хорошенькая, простенькая, но это только потому, что Ульяна не могла себя подать! Миниатюрная, светленькая, губы пухленькие, глаза голубые, обычная славянская внешность. Но одной внешности, чтобы получить должность не хватит, без статуса я пустое место!"
"Не успеваю привести волосы в порядок, дверь раскрылась, и на пороге возникла тучная, но поразительно энергичная женщина в старинном капоре и цветастой шали.
— Вот ты хгде! Собирайся домой! За тебя сватают управляющего в купеческой хгильдии, он на очень хорошем сЩету (она именно так произнесла эти слова, ошарашив меня натиском) и долхг спишуть! Собирайся! Тфу ты-нуты! Ну а волосы на кой обкрыжила! Горе луковое! Кому ты без косы нужна!
— А-а вы кто-о? — шепчу, но уже начала догадываться.
И неожиданно поняла неистовую мотивацию Ульяны, она так не хотела возвращаться к тётке Агафье, что готова была грызть гранит науки без соли и перца, только бы выцарапать для себя лучшую жизнь.
Что-то стало очень жаль девочку, да и себя!
Но она нашла на меня «покупателя» и готова силой утащить с собой.
Глава 10. Жених где-то в засаде?
— Сударыни, что происходит? Почему посторонние в преподавательских комнатах?
О, этот строгий спасительный голос из-за спины тёти Агафьи. И так вовремя, у меня совершенно нет аргументов, чтобы выпроводить внезапно свалившуюся на мою голову «родственницу».
Она третий раз настойчиво приказала собраться и на выход. И, скорее всего, её каркающий голос накликал на неё же неприятности.
Старшая преподавательница очень строго посмотрела на нас, я молчу, тётка поджала пухленькие губы, отчего они окончательно приняли форму маленького бантика. Белёсые глаза выкатились, и я представляю, что будь мы не в Институте благородных девиц, а на рынке, то мало бы никому не показалось.
— Сударыня, вашей племяннице предстоит получить документы, и в казначействе расписаться и забрать накладной лист.
