Вот эта дама, что идет навстречу – в болоньевой куртке, на руках – левретка в комбинезончике, – может, эта дама не с Пушкинской улицы в Кузнечный вывернула, а вышла прямиком из девятнадцатого века, из пролеток и крепдешина?.. А вот за яркими окнами в полуподвале сидит за столиком парочка, перед каждым пиво, а они глядят, не отрываясь, друг на друга – может, это не питерское, а парижское кафе? Зайдешь туда, а все говорят по-французски, и барменша пропоет тебе: “Бонжур, мсье”?..
И тут Дима увидел довольно медленно приближавшуюся к ним со стороны Лиговки машину.
То была серая “девятка” с затененными стеклами, с заляпанными грязью передними номерами. Не будь он в странном, восторженном, остро чувствительном состоянии духа, он бы и внимания на нее не обратил – мало ли по улицам Питера ездит грязных “девяток”! Но тут его неожиданно поразило нечто похожее на дежа вю. Какая-то странная – может, ментальная, сверхчувствительная – схожесть этой машины с другой, однажды уже виденной на московском проспекте Андропова… От нее явно исходила угроза, от этой машины!"
"И в этот момент Дима увидел, как окошко автомобиля открывается и из него начинает высовываться длинный черный предмет.
Еще не успев осознать, что происходит, он толкнул Надю влево, к домам – и сам бросился за ней, дальше от поребрика. Краем глаза он видел, как машина придвигается все ближе навстречу к ним, а предмет, высовывающийся из ее окна все дальше, есть не что иное, как дуло автомата. Впереди слева перед ними чернела прямоугольная дыра подворотни.
Дима бросился туда, внутрь, в нее. Он осознавал, что тащит за собой Надю, что его левая рука яростно стискивает ее ладошку, что в глазах ее – испуг и немой вопрос. Они вбежали в подворотню. Дима не видел теперь приближение страшной машины, однако затылком, загривком, похолодевшей кожей чувствовал, что она, надвигаясь, тоже вот-вот достигнет спасительного для них отверстия. Впереди перед ним и Надей был чужой двор, там горели огни во многих квартирах, косо светил одинокий фонарь – но туда, во двор, еще надо было успеть добежать, забежать.
Третий шаг – прыжок по подворотне, четвертый, пятый… Надя рядом с ним – она понимает, что что-то происходит, но не понимает – что. И вот на исходе пятого шага, когда до спасительного поворота из подворотни внутрь двора оставалось полтора-два метра, Дима вдруг понял: вот, сейчас!.. Сейчас машина убийц поравнялась с подворотней. Сейчас из нее начнут стрелять.
