Семен пытается освободить подошвы его ботинок от «пледа».
Но, очевидно, чем тяжелее груз, поставленный на коврик, тем сильнее сцепление Может, подсказать секьюрити простое решение: парни, снимите с майора штиблеты, пусть босиком идет в будку и там, в привычной обстановке, сидя у телика, ждет, пока обувка освободится из плена. Но потом мой взор вновь упал на злобного Волкова. Я развернулась, пошагала к коттеджу.
Нет уж, сей грубиян должен получить по заслугам.
Пусть валяется на лужайке, пока его подчиненных не осенит, как освободить своего любимого начальника.
Глава 12
Утром я прикатила на нужную станцию, припарковала «Пежо» на вокзальной площади и осмотрелась вокруг. Глаза приметили оборванца, сидевшего на ступеньках.
— Хочешь заработать? — спросила я.
Тот кивнул.
— Делать чего?
— Посторожи машину, долго, почти весь день, когда вернусь — отблагодарю.
— Йес, — воскликнул парнишка, — не сомневайтесь, мне все равно делать нечего.
Обрадовавшись, что верный коняжка не будет разбит или поцарапан, я притаилась за кассой и принялась внимательно наблюдать за теми, кто хотел уехать в столицу.
Продавщица Зина не обманула. Точно в указанный ею срок на площади остановился одышливо фыркающий автобус. Мне было великолепно видно, как из открытых дверей помятого, облезлого короба высыпалась толпа потных людей. Таня вылезла последней.
Ради поездки в Москву она приоделась. Сегодня на ней красовался не ситцевый, застиранный халат, а белое платье в красный горошек, вполне приличное, похоже, новое.
В руке Таня держала сумку пронзительно синего цвета, совершенно не подходившую ни к одеянию, ни к кроссовкам, которые она нацепила.
Надвинув на лицо козырек бейсболки, я последовала за бабой. А та, не ожидая слежки, вела себя абсолютно спокойно.
Когда по проходу потащилась, задевая всех сумкой, тетка, торгующая мороженым, Таня вытащила кошелек, глянула внутрь, потом со вздохом закрыла его и уставилась в окно. Мне стало понятно, что денег у нее нет.
Совсем. Кстати, она ехала зайцем. Билет Таня приобретать не стала."
"Впрочем, в метро ей таки пришлось раскошелиться, в подземку трудно пройти без проездного документа, зато в автобусе, куда Таня влезла, приехав на конечную станцию, она вновь не взяла билет.
Автобус порулил по улицам. Я, отвыкшая от городского транспорта, чувствовала себя гаже некуда: от стоявшего справа мужчины несло луком, а маячившая слева девица вылила на себя ведро духов.
