Я уже собиралась вскочить и снова начать за ним гоняться, как почувствовала, что уже не одна, в смысле на нашем кислотном лугу появились ещё люди, точнее эквейты.
Но как следует обрадоваться я не успела.
Это был Дерион, как всегда в чёрном, и он был не один. У него на шее повисла незнакомая мне девушка. Её лица я не видела, только шлейф её длинного белоснежного платья и тонкие пальцы, что запутались в длинной сложной косе эквейта. И ещё они страстно целовались.
- Ха-ха, ты ему не нужна, - пропел один из единорогов, пролетая над моей головой.
- Он тебя презирает, - вторил ему второй.
- Ты жалкая землянка, а он благородный эквейт, - не отставал третий.
- Влюбилась, влюбилась, влюбилась!!! - прокричал нестройный хоровод мелких летающих мерзавцев.
- Замолчите, - прошипела я, сжимаясь и не в силах отвести взгляд от милующейся на моих глазах парочки.
И тут Дерион вздрогнул и резко повернулся ко мне с гаденькой, противной улыбкой на губах.
- Влюбилась! - рассмеялся он, сверкая тёмно-синими глазами.
Повернулась ко мне и его спутница.
Победно улыбаясь, на меня смотрела Залия.
Я подскочила на кровати с всхлипом, застрявшим в горле, со слезами на глазах и камнем на сердце.
- Лекс, Лекс, лежи, не двигайся, - ко мне бросилась Грета, и насильно уложила назад на подушки.
Моргнув, и в непотребной форме, мысленно отправив розовых единорогов и темноглазых эквейтов пешим проходом, я удивлённо рассматривала встревоженную подругу.
- Грета?
- Да. Как ты себя чувствуешь?
- Нормально, а где это я?
Я с удивлением осмотрела светло-серую хромированную маленькую комнату, узкую кровать и просторную ночную рубашку противного грязно-серого цвета.
Столик на противоположной стороне и два стульчика, на котором сейчас сидела немка. Небольшое узкое окно, а напротив неприметная дверь.
- Ты в больнице.
В больнице? Но что произошло?...
О Господи, Дерион...
- Что с ним? - прошептала я, хватая подругу за руку.
- Ив Дерион в данный момент находится в реанимационной восстановительной капсуле, из него вытягивают яд горхов.
Сейчас риска для жизни нет, но врачи боятся делать какие-либо прогнозы.
- Я не знала, что они ядовиты... Правда не знала.
Я должна была это сказать, а ещё важнее мне было услышать, что в случившемся нет моей вины.
- Успокойся, ты не должна оправдываться. Здесь нет твоей вины. Ты спасла ему жизнь. Четыре кубика регенератора, которые ты ему ввела, замедлили действие яда. Ты всё сделала правильно, - подруга ласково улыбнулась мне и погладила по руке.
