Вблизи он не был похож ни на зеркало, ни на туман — скорее на кипящую жижу, то там, то здесь закручивающуюся в ленивые водовороты. Поразительная гадость!
— Заходи! — теперь уже в мой адрес раздался спокойный приказ.
Я нервно сглотнула, потерла вспотевшие ладони о подол и бросила напоследок взгляд на Миолу, которая уже походила на бледный труп, а не на пухлую румяную фею. Она смотрела на меня как на исчадие ада, обрушившее проклятие на ее ни в чем не повинный факультет.
Все, что я могла сделать в такой ситуации — это улыбнуться и с гордо поднятой головой шагнуть в портал.
Была, не была!
Правда с гордостью не заладилось — запуталась в собственном подоле, не смогла удержать равновесие и повалилась внутрь с громким криком «побереги-ись!».
Грузно приземлилась на каменный пол, едва не приложившись об него лбом, и тут же вскочила:"
"— Все отлично! Все в порядке! — хотела сказать остальным, что не стоит обо мне переживать, но за спиной портала не оказалось. Лишь кирпичная неровная стена, покрытая облупившейся штукатуркой.
Для надежности потрогала ее рукой — твердая, шершавая, местами подозрительно липкая, видать в подвал какой-то занесло.
Ну и ладно. Не думаю, что по ту сторону кто-то опечалился моим бесславным падением. Всем плевать, а мисс Миола скорее всего еще и пожалела, что я нос себе не расквасила.
Ну что ж, какой облик мне достался? Судя по тому, что я не на четвереньках, и из зада не торчит хвост — участь плешивой кошки меня миновала. Какая-никакая, а все-таки радость.
Посмотрела на свои ручки — пухленькие, с толстыми, короткими пальцами.
Прикоснулась к своему лицу — щекастое такое, колышется при каждом движении.
В общем прискорбно, но факт — я толстая, да и росточком, судя по всему, не вышла.
Посмотреться бы в зеркало, чтобы оценить нанесенный урон.
Зеркало в этом странном помещении не нашлось, зато обнаружилась темная, металлическая дверь, покрытая жирным слоем ржавчины, а сразу за ней начиналась узкая лестница наверх. Я начала аккуратно подниматься, стараясь в потемках не зацепиться за выщербленные ступени и не повалиться навзничь.
— И где этот несчастный стажер? — раздался приглушенный голос где-то вдалеке, — сколько можно ждать?
— Да скоро придет, не пенься. Юлианис сказал, что к девяти пришлет.
О, как! Про меня, значит, разговор шел! На радостях припустила быстрее и вскоре добралась до следующей двери, такой же старой и покореженной. В прихлоп пробивался неровный тусклый свет, и маячили размытые тени.
