— Кто-то из верхних заказал ужин себе в комнату, а по ошибке доставили нам?
— Наверное, — несмотря на то, что уже поела, при виде этого роскошного кусочка рот наполнился слюнями,
— Вернем? — грустно поинтересовалась подруга, жадно принюхиваясь.
— У тебя есть деньги, чтобы за него заплатить? — я тоже водила носом, щурясь от удовольствия.
— Нет, — благоговейно прошелестела она, склоняясь еще ниже над подносом.
— И у меня нет.
— Может втихаря съедим и притворимся, что ничего не было.
— Смеешься? Ты кого обмануть хочешь? Кухню? Джиннов?
Она приуныла.
— Вит, ну хоть кусочек давай отщипнем. Никто и не заметит.
Я бы с радостью отщипнула и не один кусочек, а добрую половину марлина. Останавливало только отсутствие лишних денег и присутствие лишних ШаБов. Поэтому покачала головой, взяла поднос в руки, намереваясь отнести его обратно на кухню, и только тут заметила лист, лежащий на столе.
«Не надо это возвращать! Никто ничего не перепутал. Это вам!»
— О как, — Хесса потерла макушку, — написано, что нам.
Нет никакой ошибки.
— Любопытно, — покрутила в руках лист, пытаясь понять, кто его подложил, — может, розыгрыш? Подстава?
Надпись на листе изменилась.
«Какая подстава! Ешь уже!»
Мы испуганно отскочили от стола, и начали озираться по сторонам.
— За нами кто-то наблюдает? — едва дыша, выдохнула ведьмочка.
— Похоже на то.
Лист, упавший на пол, стал дымиться и нетерпеливо подрагивать на месте.
— Надо выкинуть! — предложила я, и попятилась в угол, туда, где веник сиротливо стоял, — ты набрось на него что-нибудь, а я смету.
Бумага вспыхнула, от нее взвилось черное облако едкого дыма, в центре которого появились сердитые глаза. Они уставились на меня и грозно моргали.
— Мамочка, — тихо, совсем не по-ведьмински пискнула моя соседка по комнате, прижимая руки ко рту."
"Глаза сфокусировались на ней, подруга мелко задрожала и юркнула мне за спину, замерла на секунду, а потом осторожно выглянула из-за плеча.
— Бу! — раздался глубокий низкий голос, и Хесса завизжала.
А я прищурилась, всматриваясь в эти странные глаза, которые показались до жути знакомыми. Это же…
— Саид? — произнесла неуверенно и ступила чуть ближе, рассматривая виденье в клубах дыма, — это же вы?
В глазах появилась привычная джиннья усмешка, подтверждающая мое предположение. Страх тут же прошел. В свете последних приключений джиннов я не боялась, хотя мрачный главный повар вызывал у меня благоговейный трепет.
— За что такая роскошь? — указала на марлина.
