Гвоздь, прикрученный к одной из палок, с хрустом вошел в грудную клетку, и мужчина взвыл. Глаза выкатились, казалось, еще чуть-чуть, и они лопнут, словно желтки глазуньи у неумелого кулинара.
– Шуки! – крикнул он, и еще четыре «жала» вошли в его тело. Мансуров упал, все еще содрогаясь. Тишину нарушали хлюпающие звуки, будто кто-то бежал по залитому водой полу. Мужчина дернулся, и на его лице засияла блаженная улыбка. Скрученная рука в последний раз хлопнула по воде красного цвета, словно бегущий сделал последний шаг и замер.
Замер в ожидании, чтобы вернуться в лице подражателя.
Звягин не хотел ворошить «грязное белье» до последнего. Видит бог, он не хочет этого и сейчас. Теперь, собрав их всех, Федор надеялся придумать, как спасти оставшихся в живых.
Он увидел Малышеву, вошедшую в кафе вслед за супругом. Пора. Звягин заглушил двигатель и вышел из машины. Он очень нервничал, как и в ту ночь, будто ему предстояло сделать что-то отвратительное, что-то, что будет мучить его всю оставшуюся жизнь.
Федор еще не знал, к какому решению они придут, но что согласится с любым коллективно выбранным, был уверен. Даже если они предложат поймать подражателя и поджарить, как и Электрика. Их ничто не сможет остановить, даже если придется еще раз пережить проклятую ночь.
* * *"
"Решение суда изменится не в лучшую сторону. Звягин знал это наверняка. Скольких зверей… да, именно зверей, другого слова для некоторых узников и не подобрать. Скольких зверей «отмазывали» адвокаты. Если уже идет разговор о невменяемости, значит, эта тварь, убившая как минимум человек семьдесят, избежит наказания.
Где гарантия, что он не продолжит убивать? Не продолжит свою охоту? Где эти чертовы гарантии?!
– Слушай, Ильич, в «стакане» снова лампочка сгорела. – В караулку вошел Курагин. – Или твои орлы хорошие лампочки домой забирают, а сгоревшие вкручивают.
– Семен, ты же электрик? – спросил Звягин.
– А что, у тебя какие-то сомнения? – не понял вопроса Курагин.
Федор Ильич кивнул, будто именно этого ответа и ждал, и достал из-под стола сверток примерно полметра в длину.
– Знаешь, что это? – Звягин положил руки на стол.
– Нет.
Начальник караула снова кивнул, мол, так оно и должно быть.
– Ты, Семен, присаживайся. – Федор начал разворачивать узкий сверток. Семен замер в ожидании трубы или биты.
– Ну, а теперь узнаешь? – Звягин взял бамбуковую палку и положил перед электриком.
– Да, это «удочка». Мы с тестем такой же свиней забивали.
