Несмотря на повседневную жестокость и неотесанность, в постели Тутуев был если не Богом, то очень даже близким родственником небожителей. Ласковый и нежный… «Зверь», – вдруг всплыло откуда-то. Точно. Ласковый и нежный зверь – это и есть Паровозик. Нет, Сонька сама надела на себя гирлянду и сама же включила ее. Елка, блин! Антонина и сама хотела попробовать что-нибудь эдакое. Нет, не умереть в двадцать с небольшим, а ощутить прилив адреналина и непременно заняться сексом. С кем угодно. Да хоть…
Тут вдруг на нее налетел человек в форме.
– Эй, куда прешь, придурок! – выкрикнула девица и оттолкнула наглеца.
Но когда человек попал в свет уличного фонаря, Тоня пожалела о произнесенных словах. Перед ней стоял милиционер в самом неприглядном виде.
«Может, – попыталась пошутить Антонина, – у них теперь такая форма?»
Китель был расстегнут, рубаха выбилась из брюк, от галстука остался только узел. На ум пришел грузинский лидер. Может, галстуки все-таки съедобные? Но начавшую появляться улыбку смело, как только полковник (насколько она могла определяться со званиями) вдруг засветился изнутри.
Будто новогодняя елка. В следующий миг тело милиционера начало оседать, но его контур (или душа?) остался стоять и смотреть на Деревянко. Тоня икнула, отпила из бутылки пива и снова икнула. Светящийся призрак улыбнулся, переступил через тело полковника и направился к Антонине. Она допила пиво, отбросила бутылку в сторону и шагнула навстречу.
«Экстремальненько! – промелькнуло в голове.
И еще: – Секса с призраком у меня еще не было».
Когда Электрик вошел в нее, она поняла, что и не будет.
* * *Игорь еще раз вошел в комнату, где нашли тело девочки. Посмотрел на лужу крови у кресла. На мгновение ему показалось, что на багровой поверхности что-то написано. Он подошел ближе. Нагнулся. Нет. Там был только неровный след от рукоятки массажера. Черт! Что случилось с этой девочкой? Ее будто вывернуло наизнанку. Для Савельева было все очевидным (в свете последних событий, разумеется).
Призрак Александра Мансурова прыгает по квартирам, попадая в них не через дверь или окно (наверняка так делают обычные привидения), а через розетки. Наличие электрического прибора как единственного возможного орудия преступления только подтверждало существование Электрика в новом обличии. Но, опять же, подтверждало для Савельева и больше ни для кого. Однако Игорь сейчас не у дел, а прокурорский следак тупо отправит это дело в очередной «глухарь».
