Может, ловили девок, насиловали, а потом жрали, как тот сумасшедший отшельник, помнишь? Или детьми торговали… и… ик!
Один из прокаженных, словно услышав, повернулся и посмотрел на мясника тяжелым взглядом. Тот сразу замолчал. В темноте капюшона сверкнули яркие голубые глаза, и мужчина в плаще отвернулся.
— … итить его! — выдохнул мясник и осенил себя защитным знаком Создателя.
— Спаси нас, Всевышний и пророк его! — прошептала жена зеленщика.
Прокаженные ненадолго задержались в городе. Купив продуктов и некоторые мелочи для путешествия, они вышли за стены Арсаиула и по пыльной ухабистой дороге направились в сторону деревни.
Правда, до самой деревни не дошли, а свернули в лес.
Пользуясь какими-то своими ориентирами, прокаженные вскоре вышли к реке.
— Остановимся здесь. Поселения далеко — нас не должны заметить, — сказал один из них.
— Маскировка, конечно, отличная, но до чего же жарко в этих тряпках! — быстро сбрасывая одежду и разматывая бинты на лице, сказал Рарок. — Никто ничего не заподозрил.
— Меня больше удивляет, почему нас не ищут, — ответил Ондиил.
Он раздевался не так торопливо, как приятель, но видно было, что ему тоже надоело кутаться в плащ.
— Может быть, этот гад Кахал так и не понял, что мы ушли у него из-под носа?
— За целую неделю не понял? Он самодовольный, но не тупой. Значит, догадался, но почему-то не ищет…
— Возможно, раз война началась, его отослали куда-то еще? — предположил Рарок, но было видно, что он сам не очень верит в такое положение дел.
— Будем надеяться, что так и случилось, — нахмурился Буй.
Интуиция твердила о том, что их просто так и не отпустят, но он упорно не понимал, почему никто не ищет дроу. Их маскировка хоть и была неплохой, но разгадать ее не составило бы труда. Кем еще могли замаскироваться серокожие дроу? Только прокаженными.
Пока Ондиил размышлял, Сыч уже разделся и копался в рюкзаке, выуживая мыло и полотенце.
— Никого рядом нет? — спросил он. — А то хочется окунуться.
— Нет никого. Спокойно купайся, ты ведь для этого мыло купил.
Дорогое. Женское. Четыре флакончика, — улыбаясь одними глазами, поддел Ондиил.
— Это не мне, это — подарок! — Сыч зашел в воду, шумно вдохнул и нырнул.
Его голова появилась ближе к середине реки, но долго плавать он не стал, а сразу же повернул назад. Довольно отфыркиваясь, вышел на берег, на ходу расплетая косу.
— Интересно, кому подарок?
— Женщине, конечно же! — как само собой разумеющееся, заявил Рарок.
— Человечке? — поинтересовался Ондиил.
