Эмблема с секретом

Но бросившийся наперехват таможенник наткнулся на дипломатический иммунитет, как на каменную стену и немедленно отступил, а пассажир, беспрепятственно перешагнув последнюю контрольную черту, ступил наконец на территорию Российской Федерации.

Москва разительно отличается от державы, столицей которой является. Если судить по Москве, то Россия – это страна роскоши и развлечений, с уровнем жизни гораздо выше среднемирового. Во всяком случае, огнями многочисленных ночных клубов и количеством автомобилей представительского класса она напоминает Лас-Вегас с его бесшабашным бурлеском ночной жизни, колоссальными денежными потоками, лихо закручивающимися наподобие традиционных американских смерчей, легкостью браков и разводов, всевластием мафии и отсутствием места для бедных и больных.

Недаром слова из давней песни: «Дорогая моя столица, золотая моя Москва» – приобрели совсем другой смысл, чем раньше.

Иностранцы, впервые прибывающие в русскую столицу, зачастую судят по ней обо всей остальной территории.

В коммунистические времена этот феномен использовался для закрепления имиджа СССР как самого передового государства в мире, для чего гости не выпускались за пределы Московской кольцевой автодороги. Правда те, которым все-таки удавалось прорваться, получали неизгладимое впечатление и разносили клеветнические слухи о нищей, темной стране, как бы затаившейся во тьме осеннего слякотного безвременья.

Но похожий на частного детектива американец был опытным туристом: он знал, что без крайней необходимости не следует отходить пешком далеко от аэровокзала, не стоит обольщаться прекрасными девушками, готовыми к необременительному знакомству, и уж ни в коем случае нельзя садиться в машины «диких» таксистов, завлекающих низкими ценами и заоблачным уровнем комфорта.

Но он и не собирался ничего этого делать, тем более что его встречали.

– Добрый день, Роджер! – Ричард Петтерсон широко улыбался, демонстрируя неестественно белые зубы, либо отбеленные, либо обклеенные винирами.

Их ладони сошлись в крепком рукопожатии, и тут же в толпе встречающих бесшумно сработал затвор специального, скрытого в пуговице фотоаппарата. Похлопав друг друга по плечам, они направились к выходу, и каждый их жест, поворот, улыбка и наклон головы фиксировались с разных сторон специальными камерами.

И приезжий, и встречающий знали про съемку, но их это не волновало. Действовали они совершенно открыто и спокойно.