Но тогда я совсем ничего не понимаю.
— Возможно я был симбиотом этого самого Ринна? И те же Линхольды считали, что внутри меня есть информация о его прошлом, но никак не могли её раскрыть?
Предположение вполне логичное. По крайней мере, видимых противоречий я не вижу. Это объясняет, почему советник был у одного из Линхольдов, который забрался на дальний рубеж. И может быть прекрасной мотивацией для всех действий, которые они предприняли. Особенно, если прикинуть, какие ресурсы были задействованы Великим Домом для моего поиска.
— Если так, то Линхольды оказались правы. У тебя действительно есть информация о его прошлом. Не совсем упорядоченная, зато весьма увлекательная.
Шагаю назад к столу, а в голове снова звучит голос советника."
"— Всё это странно. Эксперимент, начавшийся ещё до Торфингов, люди способные в одиночку угрожать существованию планеты. Всё вот это непонятное дерьмо, что творится вокруг с момента, как я пришёл в себя.
Как-то быстро он перешёл от анализа к эмоциям. Приземлившись за стол, озвучиваю свою позицию.
— Во-первых, надо успокоиться. Во-вторых, выжить. В-третьих, добраться до координат из твоей памяти и посмотреть, что такого отыщется в тех горах. После чего выстраивать план действий на будущее.
Какое-то время молчит. Потом тихо ворчит.
— Я бы ещё вытряс всё, что можно из Линхольдов.
Мрачно усмехнувшись, с трудом удерживаюсь от того, чтобы кивнуть.
— А я бы и вовсе вырезал весь их Дом. Но это впереди. А пока займёмся обозначенными пунктами.
Судя по тишине, советник полностью согласен.
Я же допиваю кофе, перебрасываясь фразами с девушками. Рация на поясе — Санн периодически докладывает о готовности снегоходов. А в какой-то момент отчитывается, что работа завершена.
Хочу дать команду собираться, но тут вспоминаю про Корба. Уцелевший близнец готовил брата к отправке в последний путь. Благополучно выпав из поля зрения на весь период времени.
Поднявшись, шагаю к выходу. И обнаруживаю альбиноса в зале приёмки. Ожесточённо работает клинком, уже заканчивая вырубать углубление в камне.
Рядом стоит что-то вроде самодельных свечей, а кусок стены, расположенный над «могилой», покрыт многочисленными символами. Причём, если я верно понимаю, нанесены они кровью.
Невольно матерюсь про себя. От помощи он может и отказался, но всё равно вышло не очень хорошо — пока он тут выкладывался, мы пили кофе и болтали.
Направляюсь к нему, чтобы поинтересоваться, не пригодится ли помощь сейчас. Монниц сразу поднимает руку в предупреждающем жесте.
