— Ой, Серёга! Давно не видели, — обрадовалась она и позвала: — Лёха!
Вика поцеловала меня в щёку, и я поцеловал её в щёку. Из подсобки вышел Лёха — высокий, плечистый, белокожий, с короткими светлыми волосами, как с плаката какой-нибудь русской националистической партии. Крепко пожал мне руку и, по своему обыкновению, хлопнул по плечу.
— Какими судьбами с утра пораньше? — спросил он и добавил: — На тебя непохоже.
— Вы там… — Я показал большим пальцем себе за плечо, подразумевая мир за стенами магазина «Стрелец». — Там ничего не заметили? Ничего странного? Необычного?
— В смысле? — нахмурился Лёха.
Он вообще загадками говорить не любил, во всём предпочитая немедленную и полную ясность.
— Суета. Стрельба местами, — я изобразил нечто неопределённое руками. — Милиция нервная. Людей маловато на улицах. Машин мало. Уже пора пробкам начаться, а улицы полупустые.
— Это да, — согласился Лёха. — Мы вроде как даже отсюда выстрелы слышали, но так и не поняли, откуда они. Новый путч начинается, что ли?
— Нет, не путч, — скромно сказал я.
— На самом деле начинается конец света.
— Это ты о чём?
Лёха посмотрел на меня так, как будто хотел померить мне температуру взглядом. Но не преуспел. И температура у меня была самая нормальная, я это точно знал.
— О том, что там на самом деле, — сказал я. — Слушать будете? Рассказываю один раз и только чистую правду. Повторять не буду, некогда.
Лёха скрестил мощные ручищи на груди и оперся задницей на прилавок.
— Будем, говори, — сказал он.
В общем, на рассказ у меня ушло минут тридцать.
Прерывался я только тогда, когда в магазин заходил посетитель. Но заходили немного, так что рассказывал почти без помех. Обычно даже в будни с утра народу здесь больше.
Когда я закончил, по выражениям лиц Вики и Лёхи я понял, что мне вроде как поверили… но не вполне. Единственное, что их поколебало, так это сообщение о том, что Дегтярёв застрелился. Они заочно знали моего научного руководителя, знали о наших отношениях и знали меня. Так тупо даже я не сумел бы пошутить.
Однако и я их тоже понимал: рассказанное мною тоже не лезло ни в какие ворота.
— Ладно, сейчас можете сомневаться, но к вечеру всё станет ясно. В городе начнётся кошмар, — подвёл я итог своей речи.
— Что ты предлагаешь? — спросил Лёха.
— Надо покидать город. У меня на даче семья Дегтярёва. Я обещал их увезти в безопасное место, военное такое место с мерами повышенной безопасности, где нас будут ждать и где вы, Танька и я тоже сможем найти убежище. И Шмеля вызовем.
