Три охранника, вооружённых дробовиками и пистолетом, и хорошая система сигнализации, выведенная на пульт вневедомственной охраны, были вполне достаточны для таких целей. Камеры вообще наблюдали лишь внутреннюю территорию, оставляя всё пространство за забором в «мёртвой зоне». Вполне можно было подойти к нужному месту вдоль забора, закрепить «горку» на стене сверху и уронить на неё заряд.
— Ладно, Сём, покажи бомбу, — попросил Дима.
— Не вопрос, смотри.
Семён нагнулся и резко расстегнул «молнию» на спортивной сумке.
— Это она? — слегка разочарованно спросил Игорь. — Труба какая-то…
— Она самая. А ты что ожидал увидеть?
— Не знаю. — Игорь сделал неопределённый жест. — Бомбу какую-нибудь, наверное, на ананас похожую, а это просто свёрток.
— Правильно, потому что у такого свёртка не будет осколков, — кивнул Семён. — А если будут осколки, то они могут кого-то ранить или убить, например. А форма такая для того, чтобы катилась по трамплинчику.
— А это что? — Маргарита ткнула пальцем на пару длинных пакетов, лежащих в той же сумке.
— Это и есть направляющие.
— Класс! — сказал Дима.
— Да уж, наверное, — подтвердил Семён с гордостью. Послышался звук отпираемого замка во входной двери.
— Тихо, убирайте всё, — сказала Ксения. — Анька пришла.
— А что, заложит, что ли? — спросил Семён.
Вообще-то Аня Семёну очень нравилась, но она относилась с настолько явной иронией и ехидством к компании «защитников животных», что Семён понимал, что пока он с ними, вероятность завести отношения с Аней равна нулю.
А хотелось бы, даже очень.
— Не заложит, но как-нибудь всё испортит. Прячь, говорю! — потребовала её сестра.
Сергей Крамцов, аспирант, заместитель Дегтярёва
19 марта, понедельник
Вид у шефа с Биллитоном был такой, что хоть в цирк не ходи. Могу поручиться, что если бы не маски, то я увидел бы, что стоят они с раскрытыми ртами, как я совсем недавно. У меня вид был попроще, чем у руководства, но это сейчас. До этого я сам выглядел не лучше. Почему? А сами посудите… Мы все втроём стояли у металлического стола, к которому была привязана препарированная обезьяна.
Но при этом обезьяна не была мертва, а я никак не пытался поддерживать её жизнедеятельность. Она просто продолжала шевелиться, распахивала пасть, пытаясь дотянуться зубами до кого-нибудь из нас, и вообще не было похоже, что она собирается помереть.
Стоп, ошибка. Она была абсолютно, на сто процентов, мертва с клинической точки зрения, но это никак не сказалось на её активности.
