Затем вернулся к борту, вскарабкался на броню, а двое других вояк прямо с брони одиночными выстрелами прострелили головы всем лежащим на асфальте. Поскольку никаких враждебных намерений в наш адрес они не проявляли, я тронул «Форанер» с места и подтянулся поближе, а за нами следом — наша маленькая колонна.
Открыв дверь машины, я вышел из-за руля, повесив «огрызок» на плечо стволом вниз, старательно не пряча оружие и при этом не демонстрируя никакой враждебности.
— Тарищплковник! — окликнул я бритого.
Тот посмотрел на меня, как будто пытаясь сообразить, откуда я взялся, затем спросил:
— Тебе чего, боец?
— Вы машины эти бронёй столкнули бы. — Я показал на «Геленд» с «ауди». — Народ бежит из города, если поток увеличится — могут быть пробки, а мертвяки уже и сюда забредают, мы видели.
Он подумал пару минут, затем нагнулся в люк бэтээра, на котором сидел, и крикнул туда:
— Копыто! Давай-на, задом посталкивай этот триппер с дороги-на. — Затем обернулся к своим, ухмыляющимся с брони.
— А вы чего раззявились, товарищи офицеры? Давай с брони-на, а то ссыплетесь.
Огляделся вокруг, почесал в затылке.
— И это всё тоже оттащите-на, а то намотаем кишки на колёса, потом унюхаемся, — рявкнул он, показывая на трупы.
Военные попрыгали на дорогу, сноровисто ухватили тела убитых, кого за что, оттащили на обочину, столкнули вниз. Задний бэтээр сдал назад, а головной, управляемый уверенной рукой невидимого Копыта, частично съехал с дороги, а затем, прижав массивным задом сначала одну машину, а затем вторую, поочередно вытолкал их в сторону.
Подполковник подошёл ко мне, посмотрел подозрительно, спросил:
— А ты, боец, вообще по какому ведомству-на?
Судя по всему, подпол решил меня мимоходом застроить, исключительно по привычке и любви к искусству.
— Партизаны мы, тарищплковник, — заявил я в ответ. — Местная самооборона.
— Да ну? — переспросил он, подозрительно сощурившись. Остальные тоже начали прислушиваться к разговору.
— А выглядишь ничего, партизан, по-строевому-на. Гля, с ПБ ещё-на, разжился. Где служил?
Я назвал часть, тот кивнул, спросил, в каком году и где. Затем спросил, кто был командиром, после чего сказал, что они у нас недолго соседями были, приезжали в командировку. Я сразу сообразил, кто это такие — «подсолнухи» из контртеррористического центра ГРУ, который как раз тут по соседству и расположен. Поэтому никого, кроме офицеров, среди них и не видать.
