Но даже сам удивился тому факту, что никаких эмоций, глядя на убитых им только что людей, он не испытывал, разве что глубокое моральное удовлетворение. Словно, убив телохранителей, он как-то уязвил самого Братского, обращавшегося с ним как с мальчишкой на побегушках, кем он для него, собственно говоря, и был, как ни мерзко это было осознавать.
— Ну вот, теперь можно и не спешить, — сказал он вслух, вытаскивая из стенного шкафа заранее приготовленные спортивный костюм и кроссовки.
Даже это он предусмотрел, чтобы потом не терять лишнего времени, приготовил сменную одежду у места убийства.
— Ну-ка, ну-ка, чего у нас тут интересного? — спросил он сам себя, присаживаясь на корточки рядом с Артёмом, с недоумением смотрящим остекленевшими глазами в подвальный потолок.
Откинув куртку, он снял с него висящий на плече на хитрой конструкции нейлоновом ремне увесистый пистолет-пулемёт, напоминающий привычный всем «укорот», только с другим, узким магазином и без длинного надульника, вместо которого был короткий пламегаситель.
— Это что такое? — с удивлением спросил он, разглядывая оружие со спаренным изогнутым рожком. — Не, это «ксюха», без базара, только почему под… под что это?
Отстегнув магазин, он глянул на видневшийся в горловине патрон.
— Ага, парабеллумовский, — кивнул Валера. — Хорошо. А я таких волын и не видел.
Взял в руки, откинул рамку приклада, примерился. Нормально так получилось, ухватисто. И привычно, всё, как в знакомом «калаше», что тоже хорошо. Да и сомнения никакого нет, что это и есть «калаш», просто переделанный под пистолетный патрон, наверняка для МВД.
Кстати, какое ведомство охраняло Братского, Валера до сих пор не понял. Подозревал, что это какие-то менты, которые на самом деле числятся на службе где-то в другом месте. Многие люди от власти, кому по должности не полагалась охрана от известного федерального ведомства, обходились такими вот способами. Всё лучше, чем частная контора, у которой и прав меньше, и возможностей.
А тут — при ксивах и власти.
— А мы богатенькие… — чуть не пропел он, обнаружив на поясе Артёма ещё и кобуру с «Грачом» и запасным магазином, а на другом боку подсумок, в котором были ещё четыре спаренных изогнутых рожка к пистолету-пулемёту.
Валера, старясь не измазаться в крови и не испачкать трофеи, нашёл пряжку ремня, удерживающего подсумок, и, расстегнув её, вытащил ремень из-под тела.
— Хорошо так приготовились, видать, совсем вокруг дела плохи.
