Нам требуется сдерживать набеги орков, а они с каждым годом все больше наглеют, несмотря на наши регулярные вылазки.
– Договориться с ними невозможно?
– У них нет централизованной власти, с парой племен договорились – они к нам не лезут, и мы их не трогаем. Даже некоторые наши торговцы к ним ездят. Рискованно, конечно, но доход получают неплохой. Но большей части орков надо силу показывать."
"Я с грустью думала, что наше путешествие подходит к концу, в Гаэрре мы наверняка расстанемся. Кэрст опять держался отстраненно, как с посторонним человеком.
После того как мы покинули Льер, он больше ни разу меня не обнял и говорил только по делу. Но впереди у нас была совместная ночь – до города мы доберемся очень поздно и в столицу уехать не успеем. Вдруг ночь на постоялом дворе что-то изменит? Но надеждам моим не суждено было оправдаться.
– Номер с двумя спальнями, – небрежно сказал Штаден хозяину постоялого двора. – Ужин в номер. И леди требуется новая одежда. Это можно устроить через вас?
– Конечно. Я прямо сейчас пошлю в лавку с готовой одеждой.
Или вам требуется пошив?
– Нет, нас устроит готовая.
– Цвет, я так понимаю, черный?
– Только не черный, – передернулся Штаден и повернулся ко мне: – Ты не собираешься носить по Веделю траур? Нет? Я почему-то так и подумал.
Я поднималась за ним по лестнице, а в моих ушах отдавалось набатом «две спальни». Две спальни! Значит, он не хочет больше рядом со мной даже находиться! Не подняла мне настроения даже ванна, которая была очень нужна после пробежки по Степи.
Есть не хотелось. С трудом запихнув в себя пару ложек каши и запив это стаканом травяного отвара, я пошла спать. Засыпала я тяжело, и приснился мне кошмар. Толпы безголовых орков тянули ко мне лапы и говорили: «За что, за что ты нас убила?» Даже во сне меня удивляло, как они могут говорить без голов, но ощущение все равно было мерзкое. Я проснулась, дрожа от ужаса. В комнате ничего не было видно. Свечка, горевшая с вечера, потухла. Темнота, притаившаяся по углам, казалось, корчила зловещие рожи.
Засыпать снова я боялась. А за стенкой находится мой собственный муж, который при заключении брака обещал хранить и оберегать. И где он, спрашивается, когда мне так страшно? От жалости к себе я заплакала. Сначала тихо, а потом все громче и громче, с всхлипами и подвываниями. Скрипнула дверь, разделяющая наши комнаты, и на пороге возник Штаден.
– Что случилось? – недовольно сказал он и зажег крошечный магический светильник.
– Ничего, – всхлипнула я и отвернулась.
