Я умею говорить всю эту чушь, и она всегда легко слетала с моего языка, пока я не встретил тебя.
Он понемногу притягивал Эссу всё ближе, а потом быстрым движением развернул её к себе спиной и, обняв сзади, склонился к самому уху, продолжая свои признания. Из-за его дыхания девушке было немного щекотно, но она не спешила вырываться.
Ей понравились новые ощущения, и Эсса замерла, надеясь, что Нико подумает, что она застыла только от напряжения, а не из-за желания запомнить каждую пробегающую мурашку.
— Теперь, когда меня и вправду волнует то, как ты смотришь на меня, — проникновенно говорил он, — даришь ли мне свою улыбку или что-то накручиваешь в своей хорошенькой головке, мне стало сложно выражать свои чувства. Я готов заботиться о тебе, рисковать ради тебя жизнью, но почему-то язык не поворачивается сказать о том, как ты красива. Все слова кажутся затасканными и словно бы опошляют то, что я к тебе чувствую.
Эсса увидела, как хмыкнул наблюдающий за ними Момо, и выбралась из уютных объятий.
Смысл сказанных слов доходил до неё с опозданием, и вроде бы Нико раскрывал ей своё сердце и чувства, на которые имел право, но…
— Вы… ты… мне не надо слов, тем более, если ты к ним так относишься! — с обидой воскликнула Эсса и тише добавила: — Наверное, тебе не стоило их так часто говорить, тогда они не казались бы затасканными. А для меня всё это впервые, и так хотелось бы услышать хоть от кого-то, что я красивая.
— Я, — влез Момо, — всегда говорил, что вы красавица.
— И мне было очень приятно это слышать, — нежно улыбнулась она Стражу.
Нико стоял хмурый. Он был потрясён тем, что девушку раньше не осыпали комплиментами. Она же наполовину арианка, а на Ютте готовы пятки лизать представителям высших рас! Нико подался вперёд, желая сей же час сказать хоть тысячу слов о том, как она прекрасна, но разволновавшаяся Эсса опередила его:
— Всё слишком быстро, — начала оправдываться девушка, — я не понимаю себя, меня пугает будущее, и я не знаю, чего хочу.
Но это не значит, что я не вижу, как ты ко мне относишься. Я тоже неравнодушна к тебе. Вот только больше мне пока сказать нечего.
— Хорошо хоть призналась, что я волную тебя, — вновь улыбнувшись, произнёс Нико. — Ты такая скрытная! А я прямо сейчас понял, что мне тоже важны слова. Я видел, что симпатичен тебе, но услышать об этом оказалось очень приятно.
— Павлин! — фыркнул Момо.
